Елена Арсеньевна продолжала свою упрямую борьбу, каждый день углубляясь в свое заблуждение. Павел Шацкий застыл в ожидании ответа, глаза сверкали от напряжения. Встреча с «Империал» становится последней каплей для молодого менеджера, который не может больше ждать решения....
Стоит ему вырасти, понять, какого человека называет отцом, и ты тут же выбросишь Тимура из своей жизни.
От признания мне стало легче, а лицо Славы налилось краснотой.
— Ты почти угадала, — прошипел он. — Сказать, в чем ошиблась?
— Нет! Обойдусь без твоих откровений!"
"— Я все же скажу! — Мисюров схватил меня за шею и притянул ближе. — Мне нравилось тебя трахать! Ты никогда не хотела. В первое время еще и сопротивлялась. Хранила верность этому своему Шахову. Только ломать тебя было приятнее, чем кончать. Такая чистенькая! Такая правильная! Княжна Абашева.
— Извращенец! — Я схватила Славу за руку и попыталась вырваться.
— Развлечемся напоследок? — оскалился он. — По-быстрому. Пока твой ублюдок собирает вещи, чтобы поехать с любимым папочкой.
— Это ты ублюдок! — Злости было так много, что я уже не соображала. Дергалась, пыталась укусить, толкала Славу в грудь и плечи. — Пошел к черту!
— Строптивая!
Жесткая рука с шеи переместилась на талию. Притянула меня к рыхлому мужскому животу.
— Ничтожество! Не смей прикасаться ко мне! — Приходилось сдерживаться, чтобы не заорать на весь дом и не испугать Тима.
— А то что?! — Слава откровенно насмехался.
— Денис тебя из-под земли достанет. Он тебя уничтожит. — Вдруг стало так спокойно. Будто мне что-то вкололи. — Ты заплатишь за все, что сделал с нами! Лишишься и денег, и уважения, из-за которого так трясешься.
— Сука!
Глаза Славы расширились, а ладонь с такой силой ударила меня по щеке, что в ушах зазвенело.
— Дрянь! — Будто собрался ударить еще, он навис надо мной. Замахнулся.
— Папа, нет! — внезапно раздался позади крик Тимура.
Больше всего на свете я не хотела, чтобы мой мальчик видел подобное. Все эти годы защищала его от таких сцен. Как могла, берегла детскую психику, но сейчас события зашли слишком далеко.
— Мама?.. — Сын рухнул передо мной на колени, грудью защищая собой от «отца».
— Мы с твоей мамой немного поспорили, — не скрывая досады, признался Слава.
— Ты ударил ее! — Губы Тима задрожали.
— Она сама виновата! Нечего было меня злить! — Мисюров стиснул зубы и отвернулся от сына. — Если ты собрался, то сейчас же уезжаем! — произнес он в сторону.
— Я... — Тим растерялся.
— Быстро! — Слава за руку резко поднял его с пола. — Нам нужно ехать. Самолет ждать не будет! — Попытался толкнуть к двери.
Все еще ничего не понимающий, Тим вначале дернулся вперед, куда требовал «отец». Потом отшатнулся и обнял меня за плечи.
