Елена Арсеньевна продолжала свою упрямую борьбу, каждый день углубляясь в свое заблуждение. Павел Шацкий застыл в ожидании ответа, глаза сверкали от напряжения. Встреча с «Империал» становится последней каплей для молодого менеджера, который не может больше ждать решения....
— Прошу прощения, я спешу. — Оглянулась назад, надеясь привлечь внимание Аскерова, Павла или кого-нибудь из охраны.
— Пропустите... — Закрыла лицо от фотографа, который слепил меня вспышкой с короткого расстояния и громче всех провоцировал криками: «Улыбайся, княжна!», «Давай в профиль!», «Сиськи покажи! Что ты как девочка?!».
Сумасшедшее дежавю. Почти полное повторение событий из прошлого. В отчаянии я даже мысленно позвала: «Денис». Но, словно в насмешку, сразу после этой мысли мимо парковки проехала машина.
"Вроде бы ничего особенного. Мы могли пересечься где угодно и когда угодно. Это была просто ирония судьбы. Черный юмор!
Но вся выдержка, которой я так гордилась, все спокойствие, за которое боролась два последних часа, полетели псу под хвост.
Не помнила, как садилась в такси. Не обратила внимания на охранников, что скрутили журналистов и потянули их куда-то в сторону. Перед глазами стояла чернота, а в голове, будто старая пленка из архива, прокручивалось мое прошлое.
Глава 6
Лена
Десять лет назад
— Всё, беги домой. Молодым девушкам даже смотреть на таких парней опасно.
Моя подруга Марина поправила короткий топ и пальцем указала в сторону выхода из кафе.
Учитывая, что здесь не было никаких других залов, а весь интерьер состоял из четырех столиков и барной стойки, подсказка была лишней.
— Мне уже девятнадцать!
Стало смешно. Марина так старательно пыталась от меня избавиться, будто ее новый парень — настоящее чудо света, которое нужно беречь от чужих глаз.
— И все равно. Меня никто не украдет. Давай, не нужно его дожидаться.
— Ты так говоришь, словно я от одного вида твоего парня могу лишиться девственности. — Я все же рассмеялась.
— Я б в свои девятнадцать с ним лишилась.
Улыбка стекла с красивого лица подруги. Марина нахмурилась, будто вспомнила что-то неприятное. Но спрашивать, что именно, я не стала. Знала и так. Ее лишил девственности мой собственный отец.
Это произошло по их обоюдному согласию. Не слишком красиво, если верить словам подруги. И сразу по всем мужским пунктам.
Отец тогда как раз развелся с пятой женой и уже присматривал себе шестую. Ею должна была стать приемная дочка известного банкира — Валерия Муратова[2]. Папа дважды был у них в гостях. Задаривал Муратовых подарками. Но Марина, работавшая у нас помощницей горничной, вовремя заглянула в хозяйскую спальню.
