В Грозном зимой 2002 года, когда мир остановился, Костя Воронцов и его команды сидят на БМП, ждут террористов для взрыва своего каземата. Этот драматический рассказ о войне в Северной Осетии живым языком передает атмосферу безысходности и отчаяния военных.
Я заметила, что ни Саладин, ни его водитель также не имеют оружия. Учитывая тот факт, что нас в машине было всего четверо, из которых одна – женщина, можно было опасаться, что мы станем лёгкой добычей федералов.
«И не боится он так вот раскатывать по зоне ответственности федералов? – подумала я. – За его голову обещают немалую сумму, вдруг найдётся желающий поправить своё благосостояние?»
На постах нас пропускали без задержки – на лобовом стекле джипа был прикреплён «вездеход». Пару раз джип остановили, проверить документы, но Саладин предъявил какое-то удостоверение, и нас пропустили даже без обязательного досмотра.
Вскоре я поняла, что мы едем в Грозный. Я опять удивилась: и не боится он ехать один, без оружия и сопровождения, в самое логово федералов? Саладин выглядел беспечно, в точности как мой придурковатый дружок, три часа назад спаливший целую семью. Мне показалось даже, что они как будто сделаны из одного теста. Этакие два брата-акробата, сыны дегенерата…
В город мы заехали уже в сумерках.
– Вот чёрт… – растерянно пробормотал Аюб, когда мы подъехали к посту у комплекса правительственных зданий.
Да, было отчего растеряться. Если бы мне раньше кто сказал, что один из Большой Восьмёрки по своей воле собирается прокатиться в администрацию, я бы долго смеялась.
"На посту нас остановили, проверили документы, и впервые удостоверение Саладина не оказало нужного действия. Нужно было указать, к кому конкретно мы направляемся, и созвониться с этим человеком. Саладин назвал Аликпера и сказал, что хотел бы переговорить с ним сам. Ему предоставили такую возможность. Спустя две минуты нас пропустили. Чудеса!
У ворот был ещё один пост, но тут нас проверять не стали, а при нашем приближении ворота сразу распахнулись – видимо, бойцы получили соответствующее распоряжение.
Аюб крутил головой во все стороны: здесь он был впервые, по въевшейся в кровь привычке старался запомнить обстановку. Как только мы вышли, нас тотчас же окружили десятка полтора кадырбековских гвардейцев – здоровенные парни, вооружённые до зубов.
«Попались! – мелькнула паническая мысль.
