В Грозном зимой 2002 года, когда мир остановился, Костя Воронцов и его команды сидят на БМП, ждут террористов для взрыва своего каземата. Этот драматический рассказ о войне в Северной Осетии живым языком передает атмосферу безысходности и отчаяния военных.
– Сейчас положат всех на землю, свяжут и потащат пытать!»
Гвардейцы обращались с Саладином почтительно, словно это был какой-то важный представитель, прибывший с официальным визитом. Извинившись, мужчин проверили металлодетектором, на меня никто и не глянул. Шофёра оставили у джипа, а нас троих повели куда-то за угол, минуя вход в здание администрации.
За зданием администрации располагался одноэтажный дом, похожий на склад. Мы спустились по ступенькам и вошли в подвальное помещение. Здесь было чисто, под потолком горели лампы дневного света.
– Сюда, – старший из гвардейцев распахнул единственную нормальную дверь в подвале (без решёток), которая располагалась сразу у входа, справа.
Мы вошли в просторный кабинет, обставленный с военной скромностью. Там нас ждал Аликпер – я его сразу узнала, его частенько по местному телевидению показывают.
Гвардейцы остались в коридоре, дверь закрыли. Аликпер пожал мужчинам руки, бросил на меня беглый взгляд и приподнял правую бровь – видимо, удивился, зачем привели женщину. Потом пригласил садиться. Я присела на краешек крашенного в сурик табурета и замерла в ожидании. Что же сейчас будет? Всё никак не могла поверить, что присутствую на такой диковинной встрече.
– Ты отчаянный человек, Саладин, – Аликпер усмехнулся. – Стоит мне шевельнуть мизинцем…
– …И через час как минимум пятнадцать сёл утонут в крови, – невозмутимо подхватил Саладин. – А завтра по всей республике начнёт организованно умирать вся ваша администрация. Ты это знаешь, и я это знаю. Так что давай не будем тратить время, а сразу перейдём к делу.
– Давай, – улыбка сползла с широкого лица хозяина кабинета. – Ты скажи мне, кто уничтожил семью Бекмурзаевых?
Ага, уже доложили.
– Это была предупредительная акция, – не моргнув глазом, сказал Саладин. – И не говори мне, что ты в гневе. Твоей семьи это касается постольку-поскольку. Ты, забирая от них Хасана, наверняка предполагал, что нечто подобное может произойти… Хасан у тебя?
– У меня, – кивнул Аликпер. – И я знаю, как он вам нужен.
– Вот и хорошо, – буркнул Саладин. – Давай договариваться.
