В Грозном зимой 2002 года, когда мир остановился, Костя Воронцов и его команды сидят на БМП, ждут террористов для взрыва своего каземата. Этот драматический рассказ о войне в Северной Осетии живым языком передает атмосферу безысходности и отчаяния военных.
– Серёга задумчиво уставился на останки индейки в тарелке полковника (Петрушин спёр откуда-то, когда в обед в прокуратуру катался. Сказал – совсем ничья. Дикая.). – Рыжая…
– Рыжая Соня, – компетентно вставила Лиза. – Женщина с душой тигра.
– Во! – оценил Вася. – Владеет инфо. Откуда инфо?
– От Говарда, – Лиза лениво потянулась. – От него, родного.
– Че за хрен, с какого тейпа? – заинтересовался Вася. – Что-то я раньше о таком не слыхал…
Костя беззастенчиво хмыкнул, Петрушин корпоративно покраснел, переживая за коллегу, а Лиза с большой заинтересованностью посмотрела на Васю – как будто неандертальца живого увидела.
– Ясно, – кивнул Иванов. – Всё с вами ясно. Но вдовы – это так… Главное – шахиды. Юные.
– Она так смотрела… – не унимался лейтенант.
– Значит, у неё были глаза, – серьёзно сказала Лиза.
– Какое досадное упущение, – буркнул Петрушин. – Надо было сказать мне, я бы это дело поправил. Там, в чайхане, вилки были. Такие замечательные вилки, острые…
– Фу, как неэстетично, – поморщилась Лиза. – Прямо-таки какой-то неприкрытый садизм!
– Глаза у неё зелёные… И она смотрела на нас, как на потенциальных жертв, – лейтенант покачал головой. – Нет, это вам не просто так…
– Короче, философы! – Иванов слегка пристукнул по столу ладонью.
– Шахид, – сказал Костя.
– Шахид, – Иванов пожал плечами. – Понятно – шахид… А что – шахид?
– У омоновцев, – подсказал Костя.
– У омоновцев сидит пойманный нами шахид, – в порядке реабилитации встрял Вася. – Акушер был сильно пьяный, получился он рахит…
– О! – Костя похлопал в ладоши. – Да это просто… просто какая-то высокая поэзия, друг мой!
– Но-но! – прикрикнул Иванов.
– Шахид – ниточка, – пояснил Костя. – Другой у нас просто нет. Если правильно подойти…
– Так его вроде бы и нет, – усомнился Иванов. – Сам подумай: шахид попал к омоновцам, у которых зама угрохали… Не-а, не дадут.
– Мне не откажут, – подмигнул Костя. – На сегодняшний день я у них в большом авторитете. Так сказать, орёл текущего момента.
– Ага… – Иванов задумчиво уставился на графинчик с коньяком. – В принципе… Да, другой ниточки у нас нет.
