Полковник Иванов и его спецназовский отряд вынуждены вести смертельную войну против группировки легендарного террориста по кличке Дед. Враг использует шахидов-смертников, нанося удары по федеральным объектам. Перед командой стоит невыполнимая задача – остановить террор и выследить главаря,...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Наша личная война» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Полковник Иванов и его спецназовский отряд вынуждены вести смертельную войну против группировки легендарного террориста по кличке Дед. Враг использует шахидов-смертников, нанося удары по федеральным объектам. Перед командой стоит невыполнимая задача – остановить террор и выследить главаря,...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Полковник Иванов и его спецназовский отряд вынуждены вести смертельную войну против группировки легендарного террориста по кличке Дед. Враг использует шахидов-смертников, нанося удары по федеральным объектам. Перед командой стоит невыполнимая задача – остановить террор и выследить главаря,...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Берёт машина и едит взрыват… Потом, Мовсар Бараев хотел взарватса, центр там захватил…
– Давай не будем о женщинах, – пресёк я попытку волюнтаризма. – Война, по-моему, мужское дело. Или я не прав?
– Мужское. Прав ты.
– Вот… А вдовы – это вообще отдельный разговор. Мы с тобой прекрасно знаем, что к вдовам у вас относятся по-скотски. Мовсар ваш сам взрываться не хотел, опять вдовами прикрывался – это мы тоже с тобой прекрасно знаем… Давай о мужиках, договорились?
– Ладно, давай.
– Повторяю вопрос. Ты слышал, чтобы кто-нибудь из близких родственников амиров взорвал себя?
– Ну…
– «Да» – «нет»?
– Нет, не слышал.
– Не слышал… Очень хорошо. Ну, держи ещё…
Я извлёк из своей волшебной сумки следующую пару листков: список с двумя сотнями фамилий. Собеседник мой уже пребывал в приятном состоянии печальной неуверенности и теперь искренне морщил лоб, пытаясь понять, чем это состояние вызвано. Не морщи, красавец, для этого просто надо знать азы элементарной агитационной психологии…
– Зачем это?
– Тебе эти фамилии что-нибудь говорят?
– Не знаю… Это все – чеченцы.
– Правильно – чеченцы. Скажем больше – это цвет нации. В Москве и Питере проживают более двухсот тысяч чеченцев. Вот эти две сотни – самые солидные и известные бизнесмены. Ваш цвет почему-то ютится в наших столицах – на родину их палкой не выгонишь. А родине, думаю, их крепкие руки и большие деньги ох как пригодились бы! Но это уже другая тема. Возвращаемся к нашей. Ну-ка, скажи мне – кто из них взорвал себя во благо великого Джихада?
– Я не знаю… – Заур угрюмо насупился и тяжко вздохнул. Щёки его ярко горели от ощущения неловкости ситуации – словно это он был виноват в том, что никто из таких уважаемых людей не догадался благородно взорваться совместно с врагами. – У нас село маленькое…
– «Да» или «нет»!
– Не слышал…
– Ага. Значит – опять нет. А их близкие родственники?
– Не знаю…
– Понятно. Значит, опять – нет…
Я вытянул очередной листок и намеренно взял паузу. Шахид наш был хмур и напряжённо размышлял, прислушиваясь к несолидному бурчанию в животе.
Разумеется, если у юного человечка в течение всей его сознательной жизни формировалась определённая мировоззренческая позиция, его не сдвинуть в сторону никакой, даже самой правдоподобной, агитацией. Тут главное – целенаправленная негативная установка. Когда ты всё время говоришь «нет» – сам, без болевого нажима и морального давления, – у тебя поневоле формируется негативное отношение к исследуемой позиции. Главное тут – не пережать. Человечек должен всё сделать сам, без грубых толчков в спину и начальственных окриков. Сам – это гораздо доходчивее…
– Вот анализ самоподрывов этого года, – я положил листок на стол.
