Автор
В беседе Эмиль внезапно напоминает о разводе, что заставляет героиню вспомнить свою крепкую связь с ним. Она чувствует себя узурпированной, но не может бежать от пристального взгляда мужчины, который верит в ее принадлежность ему.
Все произошло за секунду! С рычанием, Эмиль наступил ему на шею. Андрей схватился за ботинок, пытаясь спихнуть с себя. Напрягся, но слишком он ослабел после нагрузок и кровопотери. Дикий взгляд остановился на оружии, когда мой муж прицелился ему в голову.
А я… Со мной что-то произошло.
— Не смей! — заорала я на разрыв, кидаясь снизу вверх, как кошка.
Ногти пропахали лицо, оставив на щеке мужа глубокие царапины. Соскользнули, и я навалилась на запястье, отталкивая оружие от Андрея.
Рука ушла в сторону за секунду до выстрела.
Я вспоминала вкус шоколадного драже, который вернул мне весну, полную цветущих каштанов и шиповника… Почувствовав его, я открыла глаза и поняла, что пока существовала в темноте, мир не остановился. И вот уже не каштановые листья несет по парапету, а «пирамидки» цветов мажут желтой сладкой пыльцой. Из серого мира я вышла в цветной.
— Какого хрена ты творишь? — Эмиль приложил ладонь к щеке и растер между пальцами свежую кровь из царапин.
Я упала на колени, закрываясь руками. Боялась удара, но он просто смотрел. Разочарование пополам с яростью. Верхняя губа напряглась, грудь тяжело поднималась. Больше всего испугал взгляд серых глаз, которые я когда-то любила… Ради которых пришла. Они остекленели от шока.
Лучше бы он меня ударил.
Я думала, приму его любым — даже безумным. Оказалось, что как раз этого я сделать не могу.
Он опустил оружие, но фигура осталась напряженной. Ногу с горла Андрея он не убрал, и тот царапал ботинок.
— Прости, — пролепетала я. — Прошу тебя, не надо. Не убивай его.
— Я не понял… Ты защищаешь его после того, что с тобой сделали? Он в этом виноват!
Я затрясла головой.
— Что с тобой?! — заорал он прямо мне в лицо, залитое слезами. — Ты забыла, как мы жили? Как вытирали об нас ноги?! Как мне приходилось крутиться, чтобы тебя спасти, с ложки тебя кормить, пока ты лежала! Дина, маленькая…
— Все не так, — сдавленно сказала я.
— Я сдался, чтобы ты выжила! Чтобы у меня был ребенок! Дина, я все ради тебя делал… А моя жена меня предала!
Я видела, как из глаз уходит то, что между нами было. Неуловимая близость, которая нас связала той ночью. Потому что я защитила врага.
— Он не знал, — попыталась я оправдать.
