Автор
Меня продали дешево.Я досталась хорошему мужчине. Он сильный, взрослый, обеспеченный. Он объяснил мне, что любовь и боль – это одно и то же.Раньше я не знала, что такая любовь бывает: обжигающая, дикая. Любовь больше жизни. Моей жизни, когда я попросила развод.
Покрасневший охранник забрал тест и оставил меня одну. Надеюсь, швырнет использованный тест ему в рожу. Жаль, сама я не могу этого сделать.
Я думала это больно?.. По-настоящему больно стало, когда через пять минут поднялся Алексей Юрьевич, юрист Эмиля. Все это время они ждали результат теста внизу. Подготовились."
"Он без разрешения прошел на кухню. Я опустошенно наблюдала, как он раскладывает на столе бумаги.
— Эмиль поручил закончить бракоразводный процесс. Соглашение об имуществе мы уже подписали.
Помню: мы разводились для отвода глаз.
— Он сказал почему? Хоть что-то должен был сказать этот сукин сын!
Но я знала ответ. Сгустком боли он пульсировал в груди: тест отрицательный, а я предала его, как Эмиль считал. Рыдая, я отвернулась. Алексей Юрьевич сочувственно смотрел на мой оскаленный от горя профиль.
— Господин Кац настроен серьезно. Вы восстановлены в правах через суд, скоро получите бумаги. Также вам остается некоторая недвижимость и… Ах да, «Парус» вы продали.
— Мне ничего не нужно! Пусть подавится своим барахлом!
— Подпишите, — попросил юрист.
Я взяла тяжелую ручку и, немея от задавленной истерики, оставила подписи. Алексей Юрьевич сразу же начал собираться. Выложил на край стола ключи, телефон… Я не беременна, домашний арест снят.
— Трус! — проорала я вслед. — Передайте ему, что он трус! Он даже не поговорил со мной!
Юрист остановился. Спина, обтянутая дорогой тканью пиджака, и рука, сжимающая ручку элитного портфеля, напряглись.
— Мне жаль, Дина, — вежливо, но отстраненно сказал он. — Рекомендую обратиться к специалисту, который поможет пережить развод.
В глазах было сочувствие, но противное — так жалеют слабых. А еще там была правда об этом мире: им управляют богатые мужчины. Дело брошенной жены плакать, никому не мешая, и пить антидепрессанты.
— Я за ним по битому стеклу ползла, — произнесла я. — Так что пошел в жопу со своими советами.
Он снисходительно улыбнулся.
— Всего доброго, Дина.
Я осталась на кухне, внутри была пустота.
Наверное, он убил Андрея… Убил, замел следы, возглавил город, выбросил предавшую его жену на помойку.
За последнюю неделю он снился мне несколько раз. Что я вхожу в приватный кабинет «Фантома», на мне красное платье. Эмиль ждет там — холодный, уставший, с бокалом коньяка в руке. Я пытаюсь говорить с ним, а он не отвечает. Я долго-долго плачу, а Эмиль неподвижно стоит.
