В зеркале веков вспыхивает легендарное строительство Твердыни, когда имперские казны иссякли. Независимые жители западных земель изменили облик столицы. Здесь каждый камень свидетельствует о роковой ошибке императора.
Не меньше десятка закованных в металл фигур стояли за пределами схватки и раз за разом спускали тетивы небольших, но мощных арбалетов. Остальные ниргалы наступали вперед и прижимали гоблинов прямо к боковой стене ущелья. Загоняли в тупик, не давая пробиться к спасительному выходу из ущелья. Среди шурдов металось несколько костяных пауков, старающихся задержать безудержный натиск черноплащников, но получалось это у них из лап вон плохо. Вернее, вообще не получалось — ниргалы попросту не замечали их жалких потуг. Про уцелевших мертвяков можно было и не упоминать. На моих глазах один из ниргалов небрежным рывком руки сорвал голову вцепившегося в него зомби с плеч долой, в то же время мечом начисто располовинил замешкавшегося гоблина и, не теряя даже мига, двинулся дальше, перешагивая через попадавшие друг на друга тела.
По моим прикидкам, гоблинов осталось не больше трех десятков, но их противник тоже нес потери. Я насчитал не меньше семи безжизненно раскинувшихся на снегу ниргалов. С высоты стены не было видно, как именно удалось их уничтожить, но я был полностью уверен, что без вмешательства сгархов здесь не обошлось. У хилых шурдов просто силенок бы не хватило, чтобы справиться с толстенной броней ниргалов.
— Господин, что делать будем? — спросил здоровяк, расширенными глазами глядя на кровавое зрелище у нас под ногами.
— Подождем, — коротко ответил я, смотря туда же. — Думаю, что форт остался за нами.
— Шурды точно больше не полезут, — хрипло выдохнул Койн, опираясь на рукоять топора. — Им сейчас не до этого, да и не осталось их почти. Но что это за воины в черном? Что за создания преисподней?
— Ниргалы! — зло выплюнул здоровяк. — И ты прав, Койн, — они на самом деле явились сюда прямиком из ада! По наши души! Твари мерзостные!
— Думай, что говоришь, Рикар! Не накликай беду! — Гневный окрик перекрыл даже гомон схватки. — Это всего лишь люди! Несчастные люди, чьи души сейчас корчатся в агонии!
Оборачиваться на голос я не стал. И так все ясно — отец Флатис выбрался-таки из подземелья Подковы. Вот ведь двужильный старик. Все ему нипочем. И сразу показал свой въедливый характер. Хотя… после сегодняшних событий я был готов слушать нудные наставления священника хоть весь остаток своей жизни, да еще и тапочки за ним носить. Не окажись с нами отца Флатиса, когда пауки с мертвяками приземлись за нашими спинами, то сейчас я бы уже хрустел косточками на зубах шурдов. Или пополнил бы ряды мертвяков.
