В зеркале веков вспыхивает легендарное строительство Твердыни, когда имперские казны иссякли. Независимые жители западных земель изменили облик столицы. Здесь каждый камень свидетельствует о роковой ошибке императора.
Как люди, так и гномы! Поднимайте, в общем!
Разрешающе махнув рукой, я поспешил за своими воинами, которые не стали меня дожидаться и сейчас подбегали к стене, так и не обнаружив по пути никаких сюрпризов. Когда я добрался до подножья лестницы, остальные уже были на вершине стены. Отсюда я уже отчетливо различал визг шурдов и неистовый рев сгархов. На гребне стены показалось бородатое лицо здоровяка, и, размахивая ручищами, он истошно заорал:
— Господин! Быстрей сюда! Что творится! Что творится! Шурды с ниргалами сцепились! Настоящее месиво!
Из всего вопля я уловил лишь одно слово и, запаленно дыша, с неверием крикнул в ответ:
— Что?! Ниргалы?!
Здоровяк ничего не ответил и лишь еще сильнее замахал руками, намекая, чтобы я поскорее поднялся на вершину стены.
С первого взгляда я не сразу разобрался в происходящем. Мой взгляд метался по сторонам и вырывал из общей картины лишь фрагменты — лежащие на окровавленном снегу мертвые гоблины, неподалеку застыла покрытая зияющими ранами и утыканная арбалетными болтами туша сгарха, отступающие нестройной толпой шурды, массивные фигуры ниргалов с развевающимися за спинами черными плащами…
Лишь через некоторое время я наконец-то ухватил суть происходящего.
"Кто бы ни командовал ниргалами, он делал это с умом и использовал их возможности до последней капли. Никакой слепой атаки, как в прошлую нашу встречу с ниргалами.
