В ледяном дожде и криках голодных птиц я очнулась среди могущественной дивной усадьбы. Теплый ночной воздух был насыщен запахом старинного парка, который в тихой осенней мгле казался бесконечным сказочным ландшафтом.
Палаша никогда бы не поверила и посчитала бы меня сумасшедшей.
– Палаша, пойми, я не смогу, – мямлил мужик, но уже колебался.
– Ну и дурак! А если бы помог мне, господин бы нам денег заплатил. Он двести рублев обещал! А может, за услугу такую мне вообще вольную справит, если угодим ему.
– Не буду я в крови руки марать, даже ради твоей вольной, Палаша.
– Вот, значит, как? Сам вольный, а мне век в неволе жить? Да? Значит, и про любовь свою все мне врал! Тогда и живи один! Не пойду за тебя замуж! Так бобылем и помрешь!
Палаша вскочила со стула и, схватив большой кухонный нож, вдруг бросилась к двери, за которой я стояла.
– Да погоди ты, бешеная! Давай все спокойно обсудим, – заявил недовольно мужик, оттаскивая женщину обратно к печи. – Сядь. Я же не сказал нет…
Они уселись обратно за стол и начали шушукаться.
– Сначала ее кокнем по-тихому, пока она спит, а потом и ребенка. Никто и не узнает.
У меня все потемнело перед глазами. Сначала муж, который ненавидел и желал моей смерти, теперь горничная собиралась меня зарезать во сне.
– Только тянуть не надо, – услышала я последние слова Палаши – Пока никто не очухался и не узнал, что я ее сюда привела. Тело ее спрячем, зароем и дите тоже. Пусть ищут по лесам. В жизнь не найдут. А я всем скажу, что потерялись мы друг с другом в лесу.
Я попятилась от двери, нервно мотая головой.
Как же ангелы послали меня в это тело и в этот мир, где моей смерти жаждали сразу столько людей?
Муж, горничная, лесник, кто еще?
И, видимо, эта злыдня Палаша говорила правду про моего мужа. Что он намерен меня извести. Но только скрыла от меня одно – что и сама служила Шереметьеву и старалась исполнить его приказ. Потому и завела меня в лес! А извозчик и лесник были с ними в сговоре!
Просто прекрасное начало новой жизни!
Куча ненавистников желают разделаться со мной.
С каждым мигом мною все сильнее завладевал страх, а в голове настойчиво забилась яростная мысль – надо немедленно бежать отсюда, пока не случилось самое страшное!
Я подумала о том, что, если бы сейчас я встретилась с этим извергом, моим мужем, этим графом Шереметьевым, сразу же бы заявила ему, что согласна на развод.
