В ледяном дожде и криках голодных птиц я очнулась среди могущественной дивной усадьбы. Теплый ночной воздух был насыщен запахом старинного парка, который в тихой осенней мгле казался бесконечным сказочным ландшафтом.
Прикрыв неплотно дверь, я устало вошла в комнату и хотела уже зажечь свечу, как услышала шорох.
Я резко обернулась и заметила в кресле у окна женщину.
– Наташа? – невольно выдохнула я и тут же потянулась за огнивом."
"– Люба, прошу, не зажигай свечу, – попросила она, вставая.
Ее голос был тихим и даже приглушенным. Я напряглась, и мне стало не по себе. Что она делала в моей спальне так поздно? Я понимала, что она опасна.
А потому все же быстро зажгла свечу и недовольно спросила:
– Зачем ты пришла так поздно, Наталья? Я устала и хочу спать.
– Мне всего лишь надо сказать тебе кое-что, – заявила она, медленно приближаясь ко мне.
Ее лицо было смертельно бледно и искажено мимической судорогой, а взгляд горел ненавистью.
– О чем? – спросила я тихо и ощутила почти животный страх. От вдовы исходил такой темный поток энергии, что я задрожала всем телом. – Прошу, не подходи.
– Я всегда знала, Люба, что твой муж слишком хорош для тебя, – продолжала она глухо, подбираясь все ближе ко мне.
Что она задумала? Неужели решила разделаться со мной прямо сейчас? Это желание я отчетливо прочла в ее жутком ледяном взоре.
Где же Григорий?! Но даже жестом я старалась не выдать своего волнения.
– В смысле? При чем здесь мой муж? – спросила я, играя святую невинность.
– Ты умрешь как будто во сне, – процедила Наталья и стремительно затушила свечу.
Краем глаза я успела заметить некое движение, кто-то выскочил из-за ширмы. И тут же сильная рука зажала мне рот. Некто схватил меня за плечо. Я даже не успела вскрикнуть.
Я начала яростно сопротивляться, пытаясь вырваться из жестоких рук. Но мужчина, прижимавший меня к себе, все сильнее давил на мой рот ладонью, чтобы я даже не пикнула. Он куда-то тащил меня.
Я лишь мычала, когда убийца повалил меня на кровать и притиснул к моему лицу подушку. В темноте я едва различала его лицо. Похоже, это был Василий. А еще кто-то держал мои руки, чтобы я не брыкалась. Я начала извиваться и хрипеть.
В следующий момент раздался звон бьющегося стекла, громкие крики, голоса и топот ног.
Я вдруг оказалась свободна. Жадно начала хватить ртом воздух, отмечая, что от меня оттащили убийцу.
Зажгли свечи, и я увидела, как два гвардейца удерживают Василия, а третий Наталью.
Григорий уже наклонился надо мной и озабоченно спросил:
– Ты как, Любушка?
– Еще немного, и пошел бы искать меня на тот свет, – огрызнулась я, едва приходя в себя.
