В глубокой древности, над озером светится легкая нить кребуса, пересекающая его середину и исчезающая в воде, где тонкий лунный диск выходит из-под воды. Корнелиус, умные глаза которого блестят от волнения, шепчет успокаивающие слова королевскому человеку: "Не отчаивайтесь, Ваше Величество." Атмосфера книжного загадочности и древнего величия витает над озером, где начинается история о наследнице каменной пустоши....
– Подождите, какой немотой?
Я почувствовала, как сжалось сердце."
"– Какой-какой… Обыкновенной. Вот только надумает он о себе правду сказать – и все, одно мычание из глотки пойдет.
Это что же получается? Я зря обвиняла Этьена во вранье? Но разве он не мог хотя бы намекнуть? Ведь видел же, что я мучаюсь, не зная, где мой муж!
– И где теперь его дракон?
– Где-где, – проворчал водник. – В магическом капкане.
– Неужели он не может оттуда выбраться?
– Черное озеро держит свою добычу крепко, – ответил водник.
– Значит, его никак нельзя спасти?
Я уставилась на отливающее зеленью лицо старика.
– Я этого не говорил, – усмехнулся тот и добавил: – Ну-ка, плесни еще.
Рич тут же открыл новую бутылку.
– Вот взять хотя бы этого дракона, – выпив, задумчиво произнес водник. – Он ведь как силен оказался – несколько раз из ловушки выбирался. Знал, что наказания не избежать, и все равно сбегал. Не знаю, что уж за надобность такая у него на суше была, но видно, серьезное что-то, иначе не рискнул бы он таким пыткам подвергнуться.
– Каким пыткам? – в горле все пересохло, и мне с трудом удалось выдавить из себя этот вопрос.
– Лучше тебе, девонька, и не знать о таком, – покачал головой старик, и волосы его зашевелились в воде, как живые.
– Расскажите, – попросила я.
– А ты представь, будто с тебя живьем кожу снимают, и не час, не два, а несколько дней подряд. Вот примерно так он себя и чувствовал, – посмотрев на пустую рюмку, сказал старик и тихо добавил: – Черное озеро ошибок не прощает.
Господи… Я прикусила губу, пытаясь сдержать испуганный вскрик.
– А вы можете его отпустить? – спросил Рич.
– Я? – удивился водник. – С какой такой радости? Мое дело маленькое – принимать приходящих и объяснять им условия сделки. А дальше озеро само действует.
– Оно что, разумное?
– Конечно. Великая сила в нем заключена, сила справедливости. Оно каждому дает то, чего он заслуживает.
– А если предложить ему что-нибудь взамен? – спросила я.
– Такого никогда не случалось, – задумался водник.
– Но попытаться-то стоит? Может, вы узнаете, согласится ли озеро на обмен?
Я с надеждой смотрела на старика, а тот молчал, задумчиво приложив палец к губам.
– Что ж, попробую, – наконец ответил водник. – Уж больно ты девка хорошая, с душой ко мне подошла, с пониманием. Давненько я так приятно время не проводил. Жди здесь, – кивнул он мне и исчез под водой, а я осталась сидеть на берегу, прислушиваясь к тихому плеску волн.
Прошло минут двадцать, прежде чем старик вернулся.
