В глубокой древности, над озером светится легкая нить кребуса, пересекающая его середину и исчезающая в воде, где тонкий лунный диск выходит из-под воды. Корнелиус, умные глаза которого блестят от волнения, шепчет успокаивающие слова королевскому человеку: "Не отчаивайтесь, Ваше Величество." Атмосфера книжного загадочности и древнего величия витает над озером, где начинается история о наследнице каменной пустоши....
– Нельзя верить в плохое. И перестань мне выкать, мы ведь, как-никак, родственники.
– Хорошо, – с грустным видом кивнул Этьен.
Он помешал ложкой чай, вздохнул и уткнулся в чашку.
– Ешь давай.
Я придвинула к нему корзинку с пирожками. Волошин выглядел таким худым и замученным, что поневоле хотелось его откормить.
– Спасибо, – слабо улыбнулся постоялец. Он немного повеселел и принялся с аппетитом уминать сдобу, а я смотрела на него и испытывала какое-то странное чувство. Нечто среднее между умилением и желанием усыновить несчастного.
"«Замуж тебе пора, Лерок, – мелькнула непрошеная мысль. – Чтобы было, кого воспитывать и сопли вытирать».
«Ага. Замуж. За кого? – хмыкнула в ответ. – За Стахова? Так ему доверия нет. Может, за Этьена? Да ну, какой из него муж, недоразумение одно».
– Лерочка, а вы… ты не против, если я в библиотеку загляну? – напомнил о себе постоялец. – У вас… у тебя там столько книг, хочу найти что-нибудь почитать.
– Бери что хочешь, – отмахнулась я от него, продолжая раздумывать о своей нелегкой судьбе.
– Спасибо, – обрадовался Этьен. Он залпом допил остывший чай, сунул в рот пирожок, быстро подхватился из-за стола и шустро вымыл за собой посуду. Я только глазами хлопала, наблюдая, как ловко он справляется.
– Еще помощь нужна?
Злосчастье застыл посреди кухни, глядя на меня преданным взглядом.
– Нет, спасибо. Иди отдыхай. Ужин в восемь, не опаздывай.
– А Алексей успеет вернуться? – уточнил Этьен.
– Не успеет – его проблемы. А чего это ты за него так переживаешь? Соскучился?
– Я? – замялся постоялец.
– Да нет, не просто. Колись, что у вас там за дела такие?
– Ну, я хотел с ним о законе больших чисел поговорить. Насколько я вчера успел понять, Алексей знаком с теоремой Бернулли, и мне было бы интересно обсудить…
– Ясно-ясно! – поторопилась я прервать злосчастье, не желая выслушивать очередную лекцию по теории вероятности. – Вот Стахов придет, тогда и поговорите, и обсудите, и докажете.
Я выпроводила Этьена с кухни и облегченно вздохнула. Нет, все-таки занудство – это диагноз. Только начинаешь думать, что перед тобой нормальный человек, а он берет, заводит свою бодягу, и все – сразу же хочется сбежать куда подальше.
– Странный у тебя хозяин, Рич, – пожаловалась я коту, а тот посмотрел на меня с таким видом, словно хотел сказать: – «все вы, люди, странные», и лениво прикрыл глаза.
***Стахов вернулся ровно в восемь.
