Автор
В белой сорочке и похожая на Каспера матери не давала времени принять душ Амия, взвешивая каждое слово перед встречей с научным руководителем. Открывая зале своего нового офиса, она чувствовала себя непривычной и застенчивой, как маленькая девочка.
Ребёнок, взятый из милости, шел лабиринтами его темной души, направляемый старательной рукой. Ум, сила, воспитанный и отнятый бесконечными невзгодами дар, возможно, даже ее любовь к Абалю была частью его плана. Толкнуть ее в этот омут, а после поймать, отброшенную силой инерции. И Файон не прогадал, она упала ему в руки, как спелое яблоко, и даже считала их роман завязанным по обоюдному согласию.
Как удобно иметь бесконечно благодарную любовницу, посаженную не на цепь, но на тонкую нить, свитую из человеческого тепла.
"— Зачем ты лишил меня дара? — спросила она с любопытством. Ненависть за ту, юную доверчивую Ясмин, оставшуюся в прошлом, давно перегорела. — Какой был бы толк от Бересклета, ставшего пустым?
Файон картинно пожал плечами. Настроение у него было превосходным
— Твой дар никуда не годился, и не поднялся бы выше второго уровня. Природа не одарила тебя, и любой мастер с оружием от четвёртого порядка, видел твой жалкий потенциал. Поэтому тебя не признал Примул, поэтому у тебя не появилось подруг, поэтому учителя не хотели на тебя тратиться.
Она попыталась представить
— Вы знали, что мастер передаст мне свой дар?
— Догадывался, но не знал, — Ясмин с ужасом уставилась на Файона. — Даже если бы ничего не получилось, оставалась Айрис.
За окном стояла темная утренняя тишина. От вчерашнего сабантуя не осталось и следа, а Тихий квартал словно вымер. Ясмин едва дослушала этот самодовольный монолог, с трудом контролируя вновь накатившую ярость.
Взять девочку из Бересклета, загнать, как зайца, дождаться, пока та прыгнет в ловушку, а после благородно спасти.
