Автор
В белой сорочке и похожая на Каспера матери не давала времени принять душ Амия, взвешивая каждое слово перед встречей с научным руководителем. Открывая зале своего нового офиса, она чувствовала себя непривычной и застенчивой, как маленькая девочка.
— Занятия окончены, не смею вас задерживать.
Низа метнула взгляд на Файона, но тот обращал на неё внимания не больше, чем падишах на рабыню.
— Иди, — коротко бросил он, и феечка прижав тонкими ручками поднос к груди заскользила к выходу. От узкой спинки фонило болью.
Интересно, каков был реальный статус Ясмин, если ее не слушалась собственная помощница? С тоской она вспомнила номер Семнадцать — Ли. Они бы поладили. Они уже ладили, за исключением того, что Ли была немного мертва.
— Расскажите мне, мастер Белого цветка, о мастере Абале, — все с той же удушливой мягкостью отозвался мастер Файон.
Каких взаимоотношениях, тупо подумала Ясмин. А потом поняла, что сказала это вслух.
— Несуществующих, — шепотом подсказал Хрисанф.
Сейчас он меньше всего походил на медведя, разве что на медвежонка. Верн застыл в дурацкой позе полунаклона, как неожиданно выключенный автоматон.
— Ты станешь говорить мне правду, — сказал мастер Файон.
Что ж. Пришло время сказать «туше». Мастер Файон показал ей лишь самый край своей реальной власти, в которой он может игнорировать приказы Примула и работать сетью вне одобренного боя. И плевать на свидетелей. Ясмин чуть прикрыла глаза, представляя собственный страх куском чёрной ткани: закрывающей лицо.
— Он мне очень нравится, — сказала она, наконец. — А то, что вы делаете, противозаконно и подрывает этические основы Варды.
— О чем вы говорили с Примулом? Можешь опустить незначительные подробности.
Сеть не принуждает к правде, лишь ловит ложь, поэтому Ясмин не стала лгать. Просто не сказала всю правду.
