Автор
В белой сорочке и похожая на Каспера матери не давала времени принять душ Амия, взвешивая каждое слово перед встречей с научным руководителем. Открывая зале своего нового офиса, она чувствовала себя непривычной и застенчивой, как маленькая девочка.
Она чего-то не знает? Ее память — память Ясмин — ещё не вернулась полностью?
С ужасом, который ещё плескался на дне мускульной памяти, она подняла взгляд на Абаля, и тот удержал ее взгляд.
— Экзамен не обязателен, — лицо Абаля словно оттаяло, голос потеплел. — Мастер Ясмин владеет оружием четвёртого порядка и состоит в Малом совете.
— Мастер Ясмин не справляется с классом. Согласно отчету мастера Низы, ее навыки преподавания крайне слабы, половина цветков не прошли первые зачеты. Она должна объясниться.
А… Та увядшая розочка, чьё имя Ясмин так и не удосужилась запомнить, и которая маялась сейчас под ласково-дрессирующим взглядом мастера Деи.
— Объяснись, мастер Ясмин, — Абаль согласно кивнул
Они были в своем праве потребовать объяснений. Ясмин была отвратительным учителем, не ладила с детьми, а мастер Низа вертела ей, как захочется. Что она им объяснит? Что дети ни во что ее не ставят? Да ей в лицо рассекаются и будут правы.
Мастер Дея, которой не досталось стула медленно прохаживалась вдоль окна.
— Чернотайя.
Ясмин дернулась и растерянно огляделась. Она совершенно точно слышала, как кто-то сказал «Чернотайя», но никто не отреагировал. Все по-прежнему с нетерпением ожидали ее ответа.
Абаль смотрел прямо на неё, удерживая взгляд.
— Скажи о Чернотайе, ну же, — он подпер одной рукой щеку и чуть отвернулся к окну, и говорил одними губами.
Просто Ясмин слышала. Ясмин владела голубиным слухом, и Абаль знал об этом. Как же так? Впрочем, она обдумает это потом, когда выкрутится. Если выкрутится.
— Я выполняю до трёх операций в неделю в Чернотайе, — сказал она неуверенно.
Это даёт ей какие-то преимущества? Даёт или не даёт?
— Это не так, — Абаль поощрительно дернул уголком губ.
Последнее он снова сказал одними губами, и никто кроме Ясмин его не услышал.
Все дело крылось в юридической нежности научного ведомства. Отчеты писались людьми, которые в глаза не видели настоящих отчетов, но отчеты были и шли сразу на стол Примулу, курировавшему Чернотайю лично.
