Резко проснувшись и услышав знакомое зовущее "Люся", поняла, что снова одна в холодной квартире. Голова раскалывается так сильно, что даже желание оставить жилье за кого-то другим кажется логичным решением. Вот тогда до меня докатилось, и я осознала, что именно этот крик является сигналом моего нового состояния — единоличности в мире холодных одиночек....
Пытаясь отдышаться, я прошла на кухню, нашарив взглядом графин, достала из шкафа пыльный стакан. Неаккуратно вытерла его намотанным на шею шарфом, налила себе воды и выпила залпом.
«Может быть, они еще из садика не пришли?» — попыталась проанализировать я. Ну почему я не спросила у Марины-Санны, как давно приходил Василий?
Еще один стакан воды. Мне казалось, будь сейчас это не вода, а крепкий алкоголь, я бы этого даже не заметила.
Снова достала мобильный.
Включив Люсину симку, нашла номер телефона Василия и нажала кнопку вызова.
Спустя несколько гудков в трубке раздалось пьяное вальяжное:
— Алло!
Судя по отсутствию постороннего шума, они находились где-то в помещении.
— Где дети?! — я так рявкнула в трубку, что даже сама испугалась, не ожидая такого тона.
Василий тоже не ожидал, потому что ответил с заметной задержкой и уже не так вальяжно.
— А чего это ты спрашиваешь? Ты же к хахалю свалила, шваль. Зачем тебе дети?
На фоне его голоса послышался тихий плач. Сердце ёкнуло, безошибочно угадывая: «Миша!»
Послышался какой-то шорох.
— Или ты по семье соскучилась? — снова заговорил Василий в трубку.
Громко скрипнула зубами, борясь с собой. Бездумно открыла один из шкафов.
«Хм… Какая удобная скалка. Большая такая, деревянная»
Достав, взвесила ее в руке.
«Тяжелая»
— Васенька, муж мой, — как можно более высоким голосом произнесла я. Почему-то мне казалось, что именно так с «Васенькой» разговаривала Люся.
Оказалось, что ждал меня благоверный у «мамы».
— У Валерии Васильевны? — уточнила я все тем же ангельским голоском.
— Да, приезжай! И подумай, как извиняться будешь! — бросил он мне в трубку и отключился.
Кажется, клюнул.
Жаль, не успела спросить, где у нас живет «мама». Но, может быть, он хотя бы не будет обижать детей, пока рядом свекровь? И зачем он к ней, интересно, перебрался? Чтобы обслуживала его, пока меня рядом нет?
Вспомнив, где я в последний раз видела в квартире документы, бросилась туда. Василий даже не догадался взять с собой паспорт. Полистала его — всего два штампа о прописке. Один как у меня, а второй, предыдущий, на улице Карла Маркса.
