Автор
Варя ощущает мгновенную тревогу, когда вокруг нее начинает собираться опасный стalker с охранниками клуба. Она отступает на высоких каблуках, падая на корточки, пока мужчины удерживают ее за запястья и подталкивают назад.
Либо придешь ко мне, и я буду очень внимательным к своей крошке, либо…
— Либо, Андрей! Засунь свои три дня знаешь куда?!
Скалится, лицо перекашивает, когда нависает и рычит зло:
— Зря ты так, золотко, тебе сегодняшний финт Ирочки детским лепетом покажется, я тебе такое устрою…
Не жду больше угроз и яда, пинаю по стопе Андрея со всей силы, мажор рычит, ослабляет хватку, а я лечу от него прочь по коридорам.
Не пытаюсь больше держать лицо, вылетаю в общий холл, ударяюсь о спешащих студентов, стараюсь не плакать, как только оказываюсь в коридоре общаги, ноги сами переходят на бег и я лечу в сторону своего блока, чтобы залететь в комнату и разрыдаться…
Разрыдаться от несправедливости и боли, от обиды…
Прикрываю ладонями лицо и почти вою.
— Что мне делать? Что мне делать? Что мне делать?
Шепчу как заведенная. Меня знобит, тошнота подкатывает от осознания, что Андрей мне жизни не даст, затравит, но я к нему не приду…
Не приду…
Не смогу просто.
— Эй… ты чего рыдаешь? — неожиданно слышу голос и поднимаю заплаканные глаза, не думала встретить одну из соседок по комнате в этот час, поэтому смотрю на темноволосую девушку в очках, которая рассматривает меня внимательными зелеными глазами.
— А ты не знаешь? — спрашиваю с вызовом, так как вряд ли в универе остался хоть один человек, который не знает, какие слухи вокруг меня ходят.
Девушка поправляет очки на носу, а я ловлю себя на том, что она чем-то смахивает на ведьмочку, может, это из-за странного полосатого свитера, который обтянул вполне красивую фигуру.
— Допустим, предполагаю, — отвечает спокойно, — у нас весь университет трещит о тебе, рассылка всем пришла, очень познавательная… Пикантная. Там говорится, что ты подрабатываешь определенным способом и ребята тебя в клубе поймали, сфоткали… но мне уже успели видос из столовки скинуть.
— Что?! — спрашиваю в шоке, но картинка в голове уже складывается…
— У нас тут улей с жужжащими шершнями, так что не переживай…
Киваю и поднимаюсь, вытираю слезы и бросаю взгляд в сторону.
— О моей истерике тоже весь универ знать будет? Фоточки в чатик скинешь?
Улыбается и отвечает:
— Неа.
Два дня спустя…
Утро следующего дня начинается, как всегда, с тревоги. Я иду по улице в сторону университета и встречаюсь взглядом с прихвостнями Зорина. Пацаны толпятся у самого входа и, еще не подойдя к ним, я чувствую озноб.
