Велик соблазн, конечно, окончательно убрать его с дороги, но руки пачкать не хочется. Ему от моих парней и так хорошо досталось.
— Адрес скину позже. Ты же понимаешь, что должна приехать без сопровождения?
— Конечно.
— Ну вот и умница. Скоро увидимся, — скидываю звонок.
Зубы сжимаются до скрипа. Почему ты довела до этого, Настя? Зачем ты столько бегала от меня? Маленькая, глупая девочка! Я всегда беру то, что хочу. Теперь ты это точно усвоила.
Захожу в соседнюю комнату. Пацан спит, съежившись в комочек на старом диване.
Наконец-то есть несколько минут тишины. С момента, как его сюда привезли, он отказывается даже от воды. Все время плачет и зовет мать.
Неправильный Салаев, весь в отца. Я бы даже засомневался, что это ребенок Карима, но мы успели довольно быстро сделать тест ДНК, чтобы подтвердить родство. Малой действительно мой кровный племянник. Надеюсь, еще не все потеряно. Из него еще можно сделать сильного представителя фамилии.
— Закажи еды нормальной, — прошу зависающего в телефоне Вадима. — и для нас, и для ребенка.
Заберем Настю и поедем домой. Не могу я больше торчать в этой дыре. Она достаточно пострадала за то, что я ее искал столько времени. Кукла с поломанной психикой мне не нужна.
— Да я вообще не понимаю, на кой хрен она тебе нужна, — Вадим смотрит на меня исподлобья. — Красивых девок вокруг мало? Почему именно она?
— Ты просто никогда не влюблялся так сильно, что дышать больно, когда она с другим на свидания бегает.
— Надеюсь, мне это не грозит, — усмехается Вадим и делает заказ из ресторана через приложение.
— Мама, — всхлипывает Даян и открывает глазки.
— Скоро приедет твоя мама, — сажусь рядом с ним, он съеживается еще больше.
Щеки розовые, волосы влажные. Прикладываю руку к его лбу. Горячий. Ну твою мать! Только этого мне не хватает. — Вадим.
— Мм? — поднимает на меня взгляд.
— Ты знаешь, чем лечат таких маленьких детей? — спрашиваю у него.
— Откуда? Температура? — киваю. — Кидай адрес Насте, поеду встречать. Мы ж не звери.
— Я иногда в этом сомневаюсь, — смотрю в поплывшие красные глаза ребенка и во мне очень некстати начинает шевелиться что-то человеческое.
«Сквер напротив центральной больницы» — пишу сообщение Насте. — «Через час у входа».
Разворачиваю телефон экраном к Вадиму. Читает, кивком подтверждает, что принял информацию. Собирается, а я иду на кухню и по дороге пытаюсь вспомнить, что делала мать, когда мы с братом болели в детстве.
Первое, что приходит в голову, это намочить полотенце прохладной водой.
