В душевном ужасе и жаре, сердце бешено колотится от непреодолимого желания к бегству или смерти. Кровь застывает в жилах при каждом движении, каждый вздох прерывается хрипом и болью. Внутреннее огоньчат разгорается под яркими лучами смерти, а дыхание – лишь последняя связь со сферой невозврата....
Похоже, «Наследники Скорби (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Вот-вот начнет смеркаться. Надо устроиться на ночлег.
Мокрый до нитки Белян вытер со лба дождевые капли и поплелся следом. Натянутая между его поясом и седлом Охотницы веревка, не давала пленнику отстать. Он так и тащился, будто пес на привязи — сырой, несчастный, понурый. Горбился от тоски и страха. Ждал привала, потому как смертельно устал, и в то же время боялся становиться на постой с обережниками. Знал: начнут мучать. Однако теперь изнеможение его достигло такой глубины, что юноше было все равно — станут его пытать или просто позволят упасть на землю и заснуть прямо в жидкой грязи…
Тамир покачивался в седле.
Хотелось поесть горячего и завалиться спать. Ну их всех к Встрешнику.
Да еще этот малахольный кровосос еле плелся… Наузник едва перебарывал в душе желание подогнать Ходящего хлыстом, чтобы резвее бежал.
Поэтому, когда остановились на ночлег, Тамир был рад ничуть не меньше Беляна. Устал он. Лесана отвязала от седла полумертвого кровососа, стреножила Зюлю и занялась обережным кругом. Ее спутник отправился в чащу: собрать дров и лапника.
Девушка возилась с нехитрой похлебкой, колдун рубил шалаш, никто не говорил ни слова. Пленник сидел, скорчившись у корней старой сосны, и затравленно следил за трудами людей. Ему было страшно.
Вскоре от костра потянуло кашей, заправленной салом и чесноком.
Когда Лесана поманила пленника к себе. Он поднялся и побрел обреченно, волоча тяжелые от долгого перехода ноги.
Но она снова его удивила.
— Садись. Я гляжу, ты и огня не боишься?
Она говорила ровно. И гнева в голосе он не услышал."
"— Не боюсь, — кивнул Белян и с готовностью затараторил: — Осененные огня не боятся.
