В стране стремительно растут цены — и на шелк, и на бархат, и даже на художественные полотна. Вендский лен становится все более востребованным. А вокруг замков и дворцов охраняют дороги дозорные, ожидающие приглашенных. Любице предстоит вдохновенно создать новую историю в мире, где искусство и силы знати становятся непростой меркой всем....
Поэтому княжне Либуше ничего не оставалось, как отодвинуть занавески и подвинуться поближе к окну, позволяя полюбоваться на себя всем желающим и, время от времени, приветствуя народ.
Во дворе наместника княжну уже ожидали почтенные горожанки, чтобы проводить ее в отведенные почетной гостье покои. С одной из них воеводина Добыслава тут же, не особо чинясь, обнялась под завистливыми взглядами остальных.
""Здравствуйте, здравствуйте, дорогая баронин! Как же я рада вас видеть! Как муж? А дочка как? Тоже в городе? Ну, и хвала богам, мой Мечислав тоже среди дружинных, дети хоть увидятся лишний раз.
«Либуше, свет мой, позволь представить тебе мою сватью», — воеводина уверенно взяла процедуру представления в свои руки, ненавязчиво показывая стоящему рядом наместнику, с кем в этой компании стоит считаться. Если тому и случилось пару раз скрипнуть зубами, старый лис умело скрывал свою недовольство.
Он не зря давно подозревал, что назначение его на вендскую границу было вызвано не столько желанием наградить, сколько попыткой щелкнуть по носу слишком самоуверенного подданного.
Вот сейчас оказалось, что сестра Любомира от младшей жены его отца (по заксонским меркам, считай, незаконнорожденная) имеет в свите княжны больший вес, чем командир обоза.
"И снова у наместника возникло чувство, что ему деликатно указывают его место.
