В роман "Настоящие" — Татьяна Юрьевна Серганова рассказывает о ласкающей душу и полной страстности любви в жарком июне, когда розовый закат превращает город в райский уголок. Встреча двух чувственных душ в атмосфере цветов и тепла вызывает волнующие эмоции.
— Если я еще раз увижу тебя рядом со своей женой, то убью, — очень тихо, но зловеще произнёс Леонард.
— Великие, — только и смогла прошептать я, прижимая руку к губам.
Откуда такая злость и ненависть? Мы ведь ничего предосудительного не сделали. Да, я понимала, что ситуация вышла неловкой, но не до такой же степени.
— Вот как ты заговорил, старый друг, — коротко и хрипло рассмеялся Эйдан. — Открыл своё истинное лицо.
— А я его никогда и не скрывал. А тебе давно пора взяться за ум и перестать вести себя как истеричка, — с презрением проговорил Леонард.
— Лео, — охнула я.
Я одной стороны муж был прав, Санроу давно пора было взять себя в руки, но с другой — зачем так жестоко?
— Не смей! Не смей произносить её имя. Это ты во всём виноват. Это ты отнял Селину у меня!
— Если тебе так удобнее, то думай, что хочешь. Переубеждать не стану. Пойдём, Айола.
— Да, конечно, — пробормотала едва слышно, беря его под локоть. — До свидания, Эйдан.
— До скорой встречи! — крикнул тот нам в спину."
"Первое время мы двигались молча. Выйдя в зал, Леонард тут же потащил меня танцевать.
— Эйдан, значит? — рыкнул он мне на ухо, с силой прижимая к себе.
— Леонард, прекрати, — только и сумела пискнуть я, совершенно не узнавая собственного мужа.
— С каких это пор ты так легко и близко общаешься с Санроу?
— Не сходи с ума. Мы знакомы почти пять лет.
— Ошибаешься, — неожиданно заявил он.
— Что значит, ошибаюсь?
— Он знал Айолу Белфор, а сейчас ты графиня Элкиз.
— Глупости. Ты же это не серьёзно.
— Серьёзно. В любом случае, я запрещаю тебе встречаться с виконтом Санроу, — процедил Леонард, увлекая меня в танце на середину зала.
Честно говоря, я и не собиралась этого делать. Речи Эйдана мне не нравились, как и отношение к Леонарду.
Наша семейная жизнь только начала налаживаться, и я не хотела всё портить. И если бы Торнтон говорил со мной другим, не таким приказным тоном, подобрал иные слова, то я бы уступила.
— Запрещаешь? А я могу узнать причину столь радикального решения? — прошептала я, двигаясь вместе с ним и каким-то чудом умудряясь не сбиться ритма.
— А ты не понимаешь?
— Не понимаю чего?
Я совершенно отказывалась быть благоразумной и понятливой девочкой.
— Что натворила своими тайными встречами с Санроу.
— Во-первых, встреча была всего одна и то совершенно случайно. Во-вторых, она не была тайной.
