В роман "Настоящие" — Татьяна Юрьевна Серганова рассказывает о ласкающей душу и полной страстности любви в жарком июне, когда розовый закат превращает город в райский уголок. Встреча двух чувственных душ в атмосфере цветов и тепла вызывает волнующие эмоции.
— Жена села в кресло напротив и выжидательного на него взглянула. — Поговорим?
— Сейчас четыре часа ночи. Не самое лучшее время для разговора. Иди спать, Айола. Сегодня нас ждёт тяжелый день.
— Ты раньше никогда не бегал от разговоров. Наоборот, заставлял меня вылезти из раковины и поговорить.
— Тебе же это не нравилось.
— Когда ты меня спрашивал? — усмехнулась она, совершенно не смущаясь. От алкоголя её щеки покрылись румянцем, а глаза засверкали. — На меня злишься?
— Нет.
На себя. На жуткую ревность, которая изъедала сердце и туманила разум похлеще любого наркотика.
— Я ждала тебя, — неожиданно призналась молодая женщина, постукивая короткими ноготками по подлокотнику.
— Ждала? — удивился он. — Мне казалось, что супружеские обязанности тяготят тебя.
— Врёшь, — искренне улыбнулась Айола, совершенно не смущаясь. — Ты отлично знаешь, что это не так. Я с самого начала говорила тебе, что наши супружеские отношения меня более чем устраивают.
— И я должен поверить тебе на слово?
— Я думала, мы обсудим случившееся.
— Проблемы нет. Я уже отправил записку редактору «Сплетника» и чек.
— Ты дружишь со всеми редакторами бульварных газет?"
"— Только с самыми важными. Статья выйдет, но содержание будет приличным. Так что волноваться нечего. Но вернёмся к нашим отношениям, — мягко произнёс Лео. — Если тебя все устраивает, то ты может докажешь это?
Она должна была смутиться, покраснеть, отвести взгляд, распрощаться и уйти, оставив одного с его демонами.
Должна была, но не стала.
— Прямо сейчас?
— Прямо сейчас.
Возможно сыграл свою роль алкоголь, те пару глотков, которые она выпила залпом на голодный желудок, но Айола вдруг поднялась, подошла к нему и встала, обдавая пряным ароматом тела.
Потом осторожно коснулась волос, убирая их с лица, провела пальчиком по лбу, пытаясь стереть морщинки.
— Ты прячешься от меня.
— Ошибаешься. Я же здесь.
— Ты прячешься от меня здесь. — Узкая ладошка накрыла его сердце.
— Обстоятельства нашего брака были весьма специфичны.
— А разве желание — это не чувства? — спросила она и взобралась к нему на колени, притягивая губы к своим губам. — Я не смогла уснуть без тебя. Наверное, это безумие.
— Айола, — его руки заскользили по талии, собирая складки нежного шёлка на бедрах, касаясь бархатной и такой нежной кожи.
— Я жутко порочная, Леонард. Мы женаты всего две недели, оба отказались от привязанности и любви.
