Медсин-Крик, штат Канзас, начало августа. Закат солнца палитра кукурузного поля до горизонта. Верхушки растения вьются под легким ветерком, будто живые существа, замершие неподвижно, как свечи. Жара третья неделя — мёртвый воздух клубится над полем, словно звенящая занавеска....
— Он стоял перед ними, переводя взгляд с Пендергаста на Кори. — Ну ладно, — взмахнул он рукой, — заходите в дом.
Они последовали за хозяином в тёмное помещение, освещённое только светом, проникающим из маленьких узких окон. Комната, заставленная старыми вещами, была пропитана запахом грязной посуды и пыли.
— Садитесь и выпейте холодной кока-колы, — предложил Джим, открывая холодильник.
Кори пристроилась на раскладном стуле, а Пендергаст, осмотрев комнату, сел на ветхий диван, заваленный старыми номерами газеты «Аризона хайвейз».
Джим вручил Пендергасту и Кори по банке кока-колы.
— Ну а теперь, мистер Пендергаст, что вы хотите узнать о резне в Медсин-Крике?
Кори увидела, что её шеф поставил банку в сторону и повернулся к хозяину.
— Всё. Абсолютно всё.
— Ну что ж, — начал Джим, располагаясь в старом кресле, — эта резня началась во время Гражданской войны. Как историк, мистер Пендергаст, вы должны знать о так называемом Кровавом Канзасе.
— Я не историк, мистер Дрейпер, — возразил Пендергаст. — Я специальный агент Федерального бюро расследований.
В комнате воцарилась мёртвая тишина. Через минуту Джим натужно покашлял, чтобы прочистить горло.
— Значит, вы агент ФБР, мистер Пендергаст, — задумчиво протянул он. — И что же привело вас в наши края?
— Недавнее убийство на кукурузном поле.
В глазах Джима вновь появились настороженность и подозрительность.
— И какое же отношение, по-вашему, я имею ко всему этому?
— Жертвой убийцы стала исследовательница индейской старины по имени Шейла Свегг.
