— За нас, красивых, талантливых, решительных, которым ничуть не жалко своего прошлого!
Полуцкая одним махом опрокинула в себя содержимое бокала и потянулась за сыром. Тамара последовала ее примеру, но вместо сыра вытащила из пачки сигарету и щелкнула зажигалкой: по случаю такой вечеринки она даже разрешила себе курить в гостиной и принесла пепельницу.
— Ты как заправский алкоголик, после первой не закусываешь, — заметила Ирка.
— Успею, — выпустила дым Тамара и пристально посмотрела подруге в глаза. — А теперь рассказывай, почему передумала. Только честно. Ведь было еще что-то, ты не просто так поменяла решение.
— Ну что ты за баба, Томка! — с очередным кусочком сыра в руке на секунду замерла подруга. — Все ты чувствуешь, во всем логику найдешь. Тебе бы следователем работать, а ты в бизнес подалась! — Она запихнула сыр в рот и снова открыла бутылку. — Я его с Костиком познакомила. Первые полчаса все было хорошо, замечательно, а потом почувствовала: что-то не контачит. Какое-то отторжение пошло. У тебя такое бывает?
— Бывает. С некоторых пор каждого такого индивидуума я называю «чужой»."
"— О! — Ирка торжествующе подняла кверху указательный палец. — Это ты верно подметила! Не зря мудрая баба! Так вот, я на них смотрела и понимала, что они друг другу абсолютно чужие и останутся такими на всю жизнь. В общем, к вечеру я приняла решение расстаться с Кириллом.
— Постой-постой… Но ведь ты говорила, что у него нет своих детей? Чего же ты хочешь? Чтобы у него за один вечер проснулись отцовские чувства к чужому ребенку?
— Если любишь женщину, то должен любить ее детей.
— А по-моему, поговорка звучит иначе: не нужна женщина, не нужны и ее дети.
— Для меня отныне она звучит так, как я сказала! — невозмутимо заявила Полуцкая. — Смысл-то один! Я не хочу, чтобы мой мальчик чувствовал себя чужим. Слишком дорого он мне дался!.. И чего это я завелась? — вдруг опомнилась она. — Тебе-то ничего объяснять не нужно… Давай за детей!
Проследив, как Ирка мастерски управилась с очередной порцией спиртного, Тамара с сомнением качнула головой, но проделала то же самое.
— Так что соискателю моего сердца придется полюбить и Костика, — продолжила подруга и откинулась на прислоненную к дивану кожаную подушку. — А если не полюбит, ничего, сама выращу.
— А потом твой сын отправит тебя жить за город, и ты будешь там куковать наедине со своим одиночеством и с тетей Олей в придачу.
Ирка подняла на подругу удивленный взгляд:
— Так и сказал? Ну молодец! Я в его годы сбегала от родичей, а он решил мамку в деревню отправить! Ха-ха-ха!
— Тебе смешно… А я как подумаю, что мне одной там жить, так и дом не мил. Внуков бы, что ли?
— Ха-ха-ха! — почти касаясь головой пушистого ковра, продолжала хохотать Полуцкая.