На закате времён перестройки Москва превращается в поле экспериментов по типу показательного испытания. Три молодых парня изучают секретную технологию, которую считали недоступной даже для спецслужб. Но их работа наводит на мысль о том, что они не первые и не последние в этом деле......
На пол канцелярии планировали положить самый простой паркет, которого в Союзе было наготовлена просто тьма. Где его только не было… И в детских садах и школах, пионерских лагерях, актовых и танцевальных залах, административных зданиях.
Сдирая последние куски обоев, я услышал, как в дверь кто-то настойчиво постучал.
Так как я ближе всех находился к выходу, вздохнул и направился к двери. Считал, что это опять забавляются дружки Сипкина. Но я ошибся.
Это был Генка Иванец. И вид его не на шутку меня испугал.
— Леха, дуй за мной.
Глава 18. Коэффициент удачи
Мы шли уже несколько минут. Иванец, то и дело останавливаясь, вел меня какими-то обходными путями. Кажется, мы направлялись к зданию котельной, которая в это время года пустовала.
— Гена! Куда ты меня ведешь? — не выдержал я.
— Увидишь! — не оборачиваясь, бросил он через плечо.
Друг старательно избегал встреч с людьми. Благо, почти весь личный состав роты сейчас находился на занятиях, по крайней мере, три взвода из четырех, точно.
Обогнув здание склада, мы прошли вдоль северной стены котельной, свернули к воротам. Они были приоткрыты на четверть, а за ними я увидел человека, в камуфляже военной форме расцветки «Пальма-2», которая больше была известна под «Березкой».
— Гена, что за ерунда? Кто это? — я замедлил шаг, собирался остановиться.
Не то, чтобы я не доверял Генке, просто действия его отца были весьма сомнительными.
— Идем, все в порядке! — прошипел тот. — Это друг.
И я пошел. Поверил."
"Таинственным гостем, к которому привел меня Иванец, оказался Лисицын.
— Савельев, рад тебя видеть! — бывший оперативник КГБ, исполняющий обязанности преподавателя, а заодно и куратора, выглядел уставшим. Он шагнул вперед и протянул руку.
Я ответил на рукопожатие.
Лисицын заметно похудел, на лице выделялись скулы. Глаза по-прежнему были внимательными, взгляд пронизывающий. На поясе кобура с пистолетом «ПСМ». Я про такие много читал — в 1972 году их специально разработали для подразделений спецслужб, а уже через два года поставили на серийное производство.
На ногах у бывшего чекиста были ботинки со шнуровкой. За спиной рюкзак, сбоку фляга с водой.
— Вы? — удивленно пробормотал я.
