Я бежал, ломая кусты и борясь с еловыми колючками. Федя пыхтел сзади, отставая. В голове только одно: надо вернуться и забрать его ПМ. Но не хочу рисковать — завтра точно застрелюсь. Я остановился, прислушиваясь к тишине, где-то слышалось движение. Куда дальше?
Да?
— Точно… И еще кое-что… На всех девушках обнаружены микроволокна. Из интересной синтетики. Их в НИИ текстильной промышленности отправляли на экспертизу. Пришло заключение, что такой полимер в СССР не производят.
— Что за волокна? — Гоша недоуменно почесал лысину. — Волоски, что ли?
— Они самые. Ворс на одеяле или на еще чем-то подобном из синтетики. Короче, в квартире у Зинченко нужно еще искать вещь лохматую или ворсистую.
— Ясно… — Гоша задумчиво потирал виски. — Еще что?
— Все. Это то, что надо целенаправленно искать.
Гоша с удивлением на меня уставился:
— Ты сколько в ментовке работаешь, Курсант?
— Неважно, — отмахнулся я, — я быстро учусь, и учителя у меня хорошие. Ну так что? Когда за результатом приходить?
— Не спеши, — Гоша опять задумался.
— Нет, — я забрал со стола пуговицу. — Извини, улика. Хоть и неоформленная по УПК как положено, но единственная пока у меня. Пусть твой подручный найдет вещь, где есть золотистые пуговицы.
— Ну, это у вас руки связаны, а мне ордер и ваши УПК не нужны. Я ж и без суда могу судьбу порешать.
— Давай без самосуда. Прошу… Мы должны найти убийцу, который не только Зину задушил, но и остальных. За троих жертв ему и так вышка светит.
— Ну, не знаю, Курсант, смогу ли я себе отказать в удовольствии казнить убийцу дочери лично.
Нельзя сказать, чтобы я такого совсем не ожидал. Но нужно было как-то с ним и об этом сторговаться.
— Найди сначала, — осторожно ухмыльнулся я.
— И то верно, — улыбнулся Гоша, в его потухших глазах загорелся огонек надежды. Теперь ему было ради чего жить.
