Автор
В ближайшем будущем ты окажешься в России в начале семидесятых годов, где реформы и революционные изменения создают удивительную атмосферу. Нелегальные казино, рестораны на грани закона, и люди с высокими постами — все это заставляет тебя задуматься о тенистой стороне общества. Кто стоит за всем этим?...
Его подручные тоже в КПЗ утрамбованы. Сафонов постарался, всех отловил. Все-таки зря я его нерасторопным считал. Ему бы еще стрелять нормально научиться.
Я позволил себе от души фыркнуть.
— Он не только всех отловил, — вмешался Погодин. — Мне местные оперативники рассказали, что Валерий Игоревич уже всем раструбил, как самолично задержал подозреваемого. Дескать, москвичи неумехи оказались, пришлось все в свои руки брать.
— Дырочку под медальку уже сверлит, — кивнул Горохов. — Или погоны новые примеряет.
— Допрос Гоши ничего не даст, — покачал я головой.
— Петров, ты еще здесь? Марш на больничный, я сказал.
— Есть на больничный! — я вздохнул и поплелся к выходу.
К горлу от резкого поворота подступила легкая тошнота. Черт. Как же не вовремя я получил сотрясение… Хотя не знаю, когда травма бывает вовремя.
Но домой болеть я не пошел.
Я сел в “Волгу” и доехал до гаражного кооператива, что укрылся в глубине хрущевских панелек. В этом самом гаражном массиве пришили Печенкина. Нужен был мне его дружок Спицын. Мелкий мужичок, подкаблучник (хотя при разнице в габаритах с его женой Раисой — выбора у него особо нет) Венька. Нашел я его без труда в том же гараже и в той же компашке мужиков, которых я уже однажды опрашивал под видом товарища Васьки-покойника.
— Милиция, нужно кое-что уточнить, — кивнул я Веньке, который был все в той же неизменной кепке “Гавроша”. Морда, как всегда, немного помята, немного небрита, но счастлива и беззаботна, как у истинно советского работяги.
— Так ты что, из ментовки? — мужики явно меня узнали и стали ныкать что-то под ящики.
Самогон, наверное. Что ж, даже не думал, что у них такая отменная память.
— Отойдем, — кивнул я Веньке.
— А у меня, гражданин начальник, секретов от друзей нету, — расхорохорился вдруг Венька, ища поддержки у товарищей. — Здесь, пожалуйста, излагайте или повестку пишите.
Голос его чуть дрожал. Это меня и насторожило. Не хотел наедине со мной “Гаврош” беседовать. Хотя я просто намеревался задать ему парочку уточняющих вопросов.
