Автор
В заседании кабинета спецгруппы летним утром 1982 года в Москве, где тихо шел дождь, работа казалась бесконечной рутиной. Встреча начавшись рутинно, но каждый участник смотрел за своими делами: Горохов читал сводку утра, Погодин вздыхал, Катков записывал каждое слово, а я сосредоточенно считал воробьев за окном. Только Светлана внимательно слушала Никиту Егоровича.
— На операционном столе которого когда-то умерла пациентка, и он испытал что-то новое. Говорят, у каждого врача есть свое маленькое кладбище.
— Отлично, Светик! Есть зацепка! — от радости я даже привстал. — Спасибо! Все… Будем работать. Пока, целую! — последнее слово вырвалось нечаянно.
Вот, блин, чертовы оговорки по Фрейду! Просто уж очень я обрадовался её теории — сам бы точно такие выводы не сделал.
— Пока, Андрей, целую, — неожиданно выдала в ответ Света и положила трубку.
Глава 12
— Это с кем ты разговаривал сейчас? — хитро прищурился Вахрамеев.
— Наша сотрудница, специалист в области психологии, — отмахнулся я и отвел взгляд в сторону."
"— Я так и понял, — многозначительно кивнул оперативник. — Красивая?
Я почувствовал, что даже слегка краснею, так что неожиданно ответил более грубо, чем собирался:
— А тебе какое дело?
— Да так… Ты, когда разговаривал, цвел и благоухал, как розовый куст.
— Светлана Валерьевна замужем, — буркнул я. — Если ты про это. И вообще… Слушай боевую задачу. Есть предположения, что убийца — хирург.
— Не похоже, — замотал головой Вахрамеев. — Слишком уж неумело он кромсал девчушек.
— Согласен, но это могло быть, во-первых — в состоянии аффекта. Или как правильно сказать в таком случае? В состоянии маниакального экстаза. Я в этой психологической ерунде не разбираюсь. А во-вторых, он мог так специально делать. Чтобы не вышли на его след. Был у нас случай в практике, когда профессиональный домушник гвоздодером квартиры вскрывал, хотя мог шпилькой почти любой замок открыть. Мы его, когда взяли, спросили, с какого перепугу он с выдергой на дело ходил. Шуму же больше и следов. Так он знаешь что ответил?
— Что?
— Что в округе на сто верст нет таких специалистов, как он. Если бы он действовал как медвежатник, то мы бы его сразу заподозрили. А так — под дилетанта притворялся.
— И как же тогда вы его взяли?
— Он в одной квартире на сейф напоролся. Такой нахрапом не возьмешь, выдерга не поможет, позарился и применил отмычки по старой памяти. А сейф вообще пустой оказался. Он просто от старых хозяев квартиры остался, новые им и не пользовались. А дальше дело техники. Прошерстили мы по картотеке всех медвежатников, что откинулись и проживали в городе, и вышли на него. Он действительно один такой был.
— Понятно… — Вахрамеев задумался. — Но все равно, человек не — сейф, как-то маловероятно, чтобы преступник притворялся, стоя над трупом. Хотя кто его знает…
— Проверить такую версию надо. Других зацепок пока нет.
