Москва, март 1985: вечерний трансформатор «Луч» заполнен весельем и шумом. Разношерстная компания — от простых рабочих до модниц в легких платьях — сознает субботу, погружаясь в хмельное веселье и парную дымку. На сцене выступает великолепный исполнитель ВИА, его прическа напоминает мольберт-чучу. Артисты в нарядных рубахах играют для румяных лиц зрителей и мерцающих ламп под светодиодами....
Катков, который только-только выдохнул, что унес ноги из храма и снимки добыл, снова глядел хмуро. По всему видно — не понимали мы его экспертской души.
— Я же говорю, что попробую. Результат не обещаю. Мои фотки, сами говорите, нечеткие, не слишком пригодны для проведения такого исследования.
— Ты это, Алеша, брось, — отрезал Горохов. — Меряй свои тангенсы-котангенсы. Сколько тебе времени понадобится?
— Часа полтора-два.
— Сколько?
— Ну, не на глаз же я буду делать, после замеров надо еще расчеты произвести.
Но Алексей, видно, больше прибеднялся или цену себе набивал. Через час результат был готов.
Он оторвал взгляд от своего стола и проговорил:
— Я не уверен, но кажется, что на представленных снимках изображены разные люди.
— Что значит «кажется»? — выдохнул шеф. — А конкретнее? Он или не он?
— Точнее не могу сказать, — Алексей беспомощно поджал губы. — Если я правильно выбрал центры зрачков и других элементов, то — не он. А вот если я ошибся...
— Так ты еще раз перепроверь, и наверняка скажи.
— Проверял уже, то же самое выходит, — развел руками криминалист. — Я же говорю, снимок, который я сделал, совсем не соответствует эталонам сигналетической съемки. Этого батюшку сюда бы доставить и запечатлеть как полагается. Тогда точно скажу. Но, вроде, не он это на старом снимке.
— Вот умеешь, ты, Алеша, находить выход из трудных ситуаций, — недовольно пробурчал шеф. — Но еще лучше ты умеешь находить туда вход.
— Я сделал все, что мог, Никита Егорович. Теперь вам решать, как действовать дальше.
— А что тут решать, — Горохов решительно встал из-за стола, так что я напрягся. — Батюшку задержать мы не можем. Ославимся на всю область. Тут надо тонко действовать.
— Так давайте обыск в храме проведем, — предложил я. — формально основания для санкции у нас есть — там прятался подозреваемый, он же потерпевший Сапожников. Вроде как схрон его будем искать. Шороху наведем. А батюшке скажем, что в ходе следственного мероприятия ствол нашли.
— Какой ствол?
— Да без разницы.
— Но со свидетелями так не поступают, — скептически заметил Горохов.
Поддержка пришла, откуда я не очень-то ждал.
— Формально, мы можем его дактилоскопировать, — вмешался Алексей. — Скажем, чтобы сличить пальцы на нагане, чтобы отмести его причастность. Он согласится, потому что будет уверен, что пальчиков его там нет, ведь ствол вымышленный.
