В этой истории внезапное вмешательство третьего лица — Архипа, привносит неожиданные повороты и натягивает ткань обычной жизни. Мужчина и его женщина пытаются сохранить контроль над ситуацией, но каждое движение кажется подстроенным в пользу нового фигуранта — Архипа. Атмосфера напряженная и захватывающая, словно хитро спланированная игра на конечном призовом месте....
"
"— Тогда пойдем, — решает он, нависая надо мной. Впивается в рот жадным поцелуем. И я растворяюсь в нем, забыв на время обо всем. Руки Макарова торопливо тянут с меня сначала ветровку, а затем и широкие бретельки сарафана. Пальцы лихорадочно нащупывают змейку. А губы блуждают по лицу и шее.
— Яна, куколка, не тяни, — хрипло шепчет Макаров. — Как же я соскучился по тебе.
Но как только ему удается стянуть с меня сарафан, как сумасшедший, начинает дребезжать на столе сотовый.
— Да идите вы, — огрызается Никита и уже хочет сбросить вызов, как я останавливаю его.
— Это Цемеров. Лучше ответить. Мало ли…
— Да, — раздраженно тянет в трубку Макаров. — Разбудил ты меня, Артем. А что еще случилось в нашей богадельне?
— А кто это? — переспрашивает недовольно. — Отец Архипа, что ли?
Я мотаю головой и тут же приникаю ухом к трубке. Этого мне еще не хватало. Пантелей Пантелеевич прибыл к нам с Родоса. Взял такси и едет в отель. Обалдеть! Старший брат Архипа и соучредитель нашего «Жемчуга». А еще…
Прикрываю рот ладошкой, стараясь взять себя в руки.
— Наверное, Яна спит в номере, — вздыхает в трубку Никита. — Что значит — нет? Ты туда заходил?
Машу руками, умоляя не выдавать меня. Еще мужа не схоронили, а безутешная вдова уже с любовником.
— У меня ее тоже нет, — криво усмехается Никита. — Может, в пентхаусе, или в город уехала? Найдется она, Артем. Не переживай. Я сейчас общим знакомым позвоню. А этого Пантелея встречай торжественно и печально и сразу определяй на ночлег. Все разговоры завтра.
Никита бросает трубку обратно на стол и начинает шагами мерить гостиную.
— Только Пантелея нам не хватало, — бросает в сердцах. Выходит на балкон и снова возвращается обратно.
Смотрит внимательно на меня, скрючившуюся в три погибели. Видимо, замечает охватившую меня панику и хладнокровно заявляет.
— Пойдем, отведу тебя в этот дурацкий номер.
— Я боюсь, Никита. Очень боюсь.
— Все страшное позади, малыш, — шепчет он, садясь рядом на корточки. — Кто такой этот Пантелей? И почему ты так испугалась?
46
Как объяснить? Как, сказав «А», умудриться не перечислить остальные буквы алфавита? Как вообще сдержаться и не заорать?
Никита…
Мать твою за ногу! Где ты был эти самые страшные пять лет в моей жизни? Я не корю тебя.
— Пойдем, — прошу тихо. — Нужно встретить Пантелея и поселить его в одном из люксов. Задача практически непосильная.
