В старом городском трактире, где чаще всего слышится буйный шум и ругань, Дон внезапно замечает странную сцену. Его взгляд упирается в крикуна, который метко выбросил на пол обглоданную свиную кость, словно магический жест. Улыбаясь своим хитрым образом, Дон понимающе оценивает действия соседа и предварительно готовится к переговорам....
От костра, скрытно от посторонних взглядов расположенного степняками в низине, уже одуряюще вкусно пахло мясом и кашей, и Дон, втянув подрагивающими ноздрями сытный аромат, подумал, что не ошибся в этот раз с наймом."
"Конечно, люди, предложившие ему бессрочный контракт, были странноватыми, если не сказать больше, но явно знали толк в походах. А такое на памяти Дона случалось не особенно часто, потому и ценилось очень даже.
У костра обнаружился один из молчаливых степняков, помешивающий варево, а еще здоровенный тролль, откликавшийся на имя Карс, и парочка серых приятелей зубоскала Волка, мирно дремлющих в траве неподалеку и явно карауливших обед. Аристократа не было, наверно, по делам своим улетел.
Дон покачал головой.
Вот кто бы ему сказал еще десять лет назад, на Севере, что он будет путешествовать рядом с драконом… Ни за что бы не поверил.
В его стране драконы не водились, а служители Единого почитали их за тварей бездны и нещадно преследовали всех отступников, вздумавших что-то по этому поводу возражать.
Так что выходило, что Дон сейчас и есть этот самый отступник… Впрочем, он и без того по законам своей страны должен в петле болтаться.
Интересно, что бы сказала Мэсси, если б узнала про дракона?..
Как всегда, воспоминание о ней кольнуло больно в сердце, и Дон сжал зубы, чтоб не проваливаться в привычный ураган эмоций. Слишком уж они были разрушительными. Все разрушили в итоге.
И его тоже.
— Эй, придурок степной, опять конину свою вяленую туда кинул? — раздался над ухом недовольный голос Волка, — сколько раз говорил тебе, не добавляй ее в кашу, ну как подошва же, жрать нельзя!
— Не жри, — равнодушно ответил степняк, по обыкновению совершенно не обидевшись на обзывания.
