В холодном тихом провинциальном городке жестокая женщина Ирри, сияющая свирепой магической силой, управляет своим домом. В этом мире есть братство, которое прячется среди степных лун и козьего скота, готовое охранять его от любых угроз. Однако когда внезапно прибывающий Дождик ставит ее мир в тени, Ирри узнает, что ее дом может быть более слабым местом, чем она думала....
Рути думала, что увидит море разноцветных шатров — передвижных домов степняков. А попала в современный каменный город, с белыми стенами зданий, цветными витражами стекол и множеством жителей.
Конечно, шатры тоже были, но только по границам города.
Дом ее сестры, живой богини Луны, как ее тут на полном серьезе величали, стоял в самом центре, огромный, высокий, с куполообразной крышей и острыми шпилями с флагами.
К сестре ее пропустили не сразу, сначала долго осматривали, проверяли, чуть ли насквозь не просвечивали!
Рути относилась к проверкам спокойно, покорно позволяя себя осматривать.
По анфиладам комнат Рути провели в покои сестры.
Ирри, в волнении ходившая из угла в угол, увидела Рути, невероятно обрадовалась, кинулась обниматься и даже поплакала.
Рути, сжимая в объятиях единственного оставшегося у нее родного человека, тоже едва удержалась от слез."
"И вот теперь, после рыданий, объятий и сбивчивых вопросов о здоровье и самочувствии, сестры , чуть успокоившись, полулежали на специальных удобных ложах и расслаблялись. Рути уезжала на следующий день, так что времени для разговоров по душам было не особенно много.
И Рути прежде всего интересовало не неожиданное богатство, в котором жила сестра, хотя это тоже, конечно, было удивительным и приятным открытием, но и ее самочувствие.
Саму Ирри, похоже, интересовало ровно то же по отношению к Рути.
— А что Великий таган? Он доволен? — осторожно уточнила Рути, — он, вообще, где?
— На охоте… — вздохнула Ирри, — с сыновьями и внуками… И еще тысячей охраны… Мы… Мало пересекаемся. Верней, Янг и Раст, конечно, постоянно рядом, они же прямые наследники, правая и левая руки, благословенные богиней… А я в их мужские дела не лезу… У меня своих полно.
— То есть, ты сидишь тут безвылазно? И никуда без разрешения выйти не можешь? — нахмурилась Рути, больше всего на свете любившая свободу и не готовая ее променять ни на что. Даже на любовь.
— Нет, конечно, — рассмеялась Ирри, — я вольна идти в любом направлении… Но не одна. Со мной всегда охрана.
