В темной комнате разгораются огоньки, создавая мягкий свет. Массаж, как оказывается, превращается в интимную встречу. Я не готова к этому и резко вскакиваю с кровати, пытаясь понять, кто здесь такой незнакомый мужчина без трусов.
Мне снился такой прекрасный сон, — пробормотал он и притянул меня к себе.
— Надо. Боюсь, таксисту не понравится, если мы решим заночевать у него в машине, — сказала я, куда-то в шею Георгу.
Мне тоже не хотелось лишаться его близости. Вот же ж! Спим на одной кровати, а тесное общение происходит в такси. Почему у меня всю жизнь все через одно место?
Дома недовольным мявком нас встретил Фабио. Прошел и потерся о ногу Георга. «Предатель!» — обиженно подумала я. Георг же нисколько не удивился такому приему, лишь велел:
— Крыса, сидеть! Ждать.
Я вытаращила глаза, глядя как Фабио сел на лысый зад и элегантно обвил себя хвостом.
— Как ты это сделал? Магию применил? — Возмущенно спросила я.
— Зачем? Он просто чувствует, кто здесь главный самец. — И Георг многозначительно приподнял бровь.
Я лишь покачала головой. А до этого они с Фабио друг другу пакости делали, наверное, потому что доказывали свою самцовость. То кот Георгу в кроссовки нарыгает, то Георг на подоконник насыплет крупы для птиц, от наблюдений за которыми, у Фабио нервный срыв случался.
Я махнула рукой на лысого предателя, прошла в комнату и, как была в одежде, завалилась на кровать. Ткнула в кнопку на пульте кондиционера и блаженно вздохнула, почувствовав прохладу. Георг, когда в первый раз увидел, как он работает, подскочил ко мне, толкнул себе за спину и закричал:
— Не бойся! — и явно начал магичить.
Я испугалась, что он опять хлопнется в обморок или испепелит кондиционер, и не придумала ничего лучше, как накинуть на мага одеяло.
Георг был дезориентирован. Пока он выпутывался, я объяснила, что никто на нас не нападал, не пулял воздушным заклинанием — это просто кондиционер. Георг потом долго дулся и говорил, что со мной на поле боя и маги не нужны. Такую дичь непредсказуемую вытворяю, что можно вместо целой армии выпускать.
Я улыбнулась воспоминаниям. Но улыбка мгновенно сползла с лица после вопроса Георга, севшего на свою половину кровати:
— Мила, а что у тебя было с Сергеем?
Я остро глянула на него.
"— Мила, расскажи. Мне нужно это знать. Сегодня мной в первый раз в жизни овладело желание лишить человека жизни за один только взгляд, не говоря уже о словах. Взять магический поток, обвить черное сердце этого червяка и сжать, расплющивая, — Георг выдохнул сквозь зубы.
