Я пытался связаться со своими по рации, чтобы предупредить, но расстояние слишком большое, и связь не проходит. Так-что их можно считать уже трупами.
— А может они смогут…
Начал было говорить Петрович, но его тут же прервал грубым тоном Борисов:
— Можешь не сомневаться — не смогут.
И уже обращаясь ко всем остальным, непринужденно добавил:
— Все, прошу панихиду считать завершенной. Все выдвигаемся снова в дорогу, может еще успеем и наших спасти. Хотя, думаю, вряд ли. Поедем, как можно быстрее.
Бандиты, услышав «команду» своего «командира» вскочили на квадр-циклы, и растянувшись цепью, на максимально возможной скорости, выдвинулись к их лагерю.
Однако, как они не спешили, наши герои оказались возле стойбища раньше. Не доезжая до деревни двух сотен метров, они предусмотрительно встали.
— Дальше пойдем пешим шагом, — многозначительно поведал спецназовец, — сначала с ориентируемся на месте, а потом уже начнем действовать.
— Полностью с тобою согласна, — выразила таким образом свое мнение Вихрева.
Оставшиеся в деревне бандиты услышали шум приближающихся снега-болото-ходов, но внезапно они тарахтеть прекратили, остановившись в лесу. Двое молодых парней: они, в силу своего возраста, были непоседливы и нетерпеливы, решил непременно узнать, что стало тому причиной.
Первый — атлетического телосложения, девятнадцати лет — совсем еще юноша. Отсидев на «малолетке», по выходу, он попал под влияние нехорошей компании, где его заприметил один из доверенных лиц атамана Борисова и порекомендовал, как человека исполнительно-верного. Как и остальные члены «бригады», он выделялся физической силой, однако, был недостаточно умственно развит. Овальное лицо его, хоть и выглядело моложавым, но не отличалось какой-либо особенной привлекательностью. Курносый сдвинутый на сторону в драках нос, впалые щеки, раскосые узкие глаза, и злобный, по-волчьи, голодный взгляд — все эти признаки говорили, что перед нами находится безжалостный и беспощадный представитель всего человечества. Среди своих он носил имя: «Штырь».
Второй мало чем отличался от первого. Такой же высокий здоровенный детина, единственное, был чуть постарше, и ему исполнилось уже двадцать два года. Лицо его было круглым и, как и тело, выдавало первые признаки начинавшейся полноты. Явно, этот молодец не ограничивал себя в каком-то питании, и любил вкусно и много поесть. Физиономия, по сравнению с его сотоварищем, оказалась немного приятней.
