Попала в ловушку. Не могу думать ясно, ужас какой! Вижу, охрана уже на пороге и дочка весело играет в соседней комнате. Окна кабинета заклеены зелеными бумагами — как будто кто-то прячется. Стены и столы декорированы дорогою березой, стекла витражные, словно радужная нить. У Агурского денег на что угодно. Но почему именно моя дочь нужна его? Чем она может помочь? Это загадка....
Будто я спросил что-то совершенно неприличное. Старая ханжа, а не Марфа!
– Откуда мне знать? – пожимает плечами. – Насчет Филиппа не знаю, а наша хозяйка всегда контролировала Александра Альбертовича.
«Да, – усмехаюсь мысленно. – Мать ему спуску не давала. Названивала каждые полчаса. А если отцу вдруг приходило в голову встретиться с друзьями, то тут же укладывалась в постель и объявляла себя больной».
Значит, отец отпадает. Остаются только Филипп и его сыновья…
– Срочно пробей все связи Принца и Ангела, – пишу сообщение Ордынцеву и получаю странный ответ.
– Я уехал, Глеб.
– Кто отпускал?
– Пришлось сорваться. У матери сердечный приступ. Подозревают инфаркт. Собирался утром тебе написать.
– Лады, – отправляю красную морду со зверским оскалом. И раздраженно тру затылок.
Как-то невовремя разболелась тетя Валя…
Пытаюсь снова и снова соединить пазлы, но они рассыпаются, не имея нужных фрагментов. Вот же блин!
Хватит изображать из себя мыслителя. Роденов тут нет. Нужно вернуться к жене и заняться любовью.
Но только встаю из-за стола, как начинает пиликать сотовый.
Алексей Москвин – создатель робота Кузи и бывший поклонник моей жены.
– Слушаю, – рявкаю в трубку. На часах почти семь. Не время для деловых звонков. Тем более хозяину корпорации.
– Глеб Александрович, – шумно пыхтит в трубку товарищ Леша. – Мне нужно срочно встретиться с вами. Меня втянули в очень неприятную историю…
– Поговори с НикНиком, – цежу я.
– Нет, – запальчиво перебивает меня недоумок. – Я не хочу беседовать с Николаем Николаевичем… Это не его тема.
– А чья?
– Мне бы с вами напрямую поговорить. Это касается программного обеспечения.
Наверняка речь идет о том самом телефоне, что выкупил у Москвина Вадька. И если наше дарование возжелало поговорить на эту тему, то, скорее всего, речь идет о шантаже.
Ох, и не люблю я шантажистов!
– Я занят, – отрезаю недобро. – Свяжись с Ксенией, моим секретарем. Она найдет время в моем графике.
– Да-да, хорошо, – мямлит парнишка и, попрощавшись, быстро отключается.
Наверное, думает, что вот сейчас Ксения его запишет ко мне на прием.
Да ну на фиг!
Моя вымуштрованная помощница имеет точные инструкции и уж точно не станет назначать встречу, если я не заинтересован.
Поднявшись в личные апартаменты, захожу в детскую.
