Попала в ловушку. Не могу думать ясно, ужас какой! Вижу, охрана уже на пороге и дочка весело играет в соседней комнате. Окна кабинета заклеены зелеными бумагами — как будто кто-то прячется. Стены и столы декорированы дорогою березой, стекла витражные, словно радужная нить. У Агурского денег на что угодно. Но почему именно моя дочь нужна его? Чем она может помочь? Это загадка....
Я буду только присматривать за вами и направлять в нужное русло, если потребуется.
- Этого я и боюсь, - шепчу, еле сдерживаясь, чтобы не разрыдаться. Главное, не испугать Аську. Она и так жмется ко мне и смотрит на Агурского испуганными глазенками.
- Все хорошо, доченька, - глотая слезы, целую дочку и глажу по спинке. – Все хорошо.
И неожиданно чувствую, как на меня наваливается странное отупение. Будь, что будет!
14. От меня не уйдешь!
Глеб
Ранним утром тихо щелкает дверной замок. Поворачивается ключ. И снова наступает гнетущая тишина.
А та… Спит или умудрилась сбежать?
Выскочив в коридор, зажигаю свет. И открыв дверь, прислушиваюсь. Мерно гудит лифт, спуская беглецов на первый этаж.
Наскоро сунув ноги в ботинки, несусь по лестнице вниз. И выскочив из подъезда, успеваю заметить номера отъезжающей тачки.
Второй раз за день уходишь от меня, девочка!
Морщусь, не пытаясь скрыть раздражения. Поднимаюсь в квартиру, собираясь забрать пальто и телефон.
- Чаю хотите? – спрашивает меня радушная Елена Ивановна. А у меня уже подкатывает к горлу тошнота от этого гостеприимства.
- Нет, спасибо, - бросаю на ходу. Прямо в ботинках прохожу в гостиную. Забираю сотовый и, коротко кивнув, выхожу из квартиры.
- Она не вернется, Глеб, - кидает мне в спину Елена. Стоит в дверях и глядит с осуждением.
- Это мы еще посмотрим, - направляясь к лифту, раздраженно бурчу под нос. Опускаю лицо, не желая встречаться с взглядом, полным немого укора. Да ну на фиг!
- Зря вы так, - вздыхает Анькина мать. – Гоняете девчонку…
Голос скорбный, с надрывом. Еще небось и руки заломила в мольбе. Только на жалость давить нечего. Меня этим не проймешь. Другая бы вцепилась в горло. Орала бы, требовала. Пыталась задержать.
- Вы о чем? – приподнимаю бровь.
- Оставьте нас в покое, - сердито отмахивается Елена Ивановна и захлопывает дверь.
- А иначе что? – ухмыляюсь недовольно."
"Спускаюсь в сравнительно чистом лифте. Кабина новая, хотя дому уже до фига лет. Хорошая крепкая сталинка в самом центре города.
