В холодном городе Грааг необычайно белый снег приукрашивает старые улицы, делая их напоминанием о празднике. Я шагаю среди этих славных стен в поисках отражений прошлого и мгновенного будущего, когда каждый путь становится частью истории.
— Надеешься выкарабкаться? — Адэриус красноречиво покосился на наши сцепленные руки. — Что ж, я поставлю этот вопрос на голосование. Но не думаю, что задержка имеет смысл. Даже если тебе восстановят контур, как обещает Валлиус, ты должен будешь вновь пройти аттестацию на архимагистра. Но пусть коллеги проголосуют, вдруг моё решение не найдёт поддержки?
— Маловероятно, — усмехнулся ректор, не отпуская мою руку.
— Ну вот, ты и сам всё понимаешь. А теперь объясни мне, как главе совета, зачем ты притащил сюда эту бездарную?
У меня перед глазами от злости даже чуть потемнело.
«Зубастый хищник, но зубы-то гнилые. А гнилые зубы проще выбить».
Валлиус был прав, но и Арманиус, вновь сжавший мою ладонь, тоже.
Не мне эти зубы выбивать.
— Устав Совета, раздел второй, пункт четвёртый, — сказал ректор, как мне показалось, чуть насмешливо. — Каждый советник имеет право привести с собой одного приглашённого, независимо от его происхождения и рода деятельности.
— Я прекрасно помню Устав, — процедил Адэриус, — я спросил, зачем.
— А как, по-твоему, я должен был сюда добираться? С переломанным-то контуром, — усмехнулся Арманиус. — Меня перенесла Эн. Так что это не я её привёл, а она меня.
У старого архимагистра вытянулось лицо.
— Перенесла? Демоны тебя раздери, Берт, это глупая шутка.
— А я и не шучу, Абрахам.
Но сказать что-то ещё никто не успел — на «сцене» появился один из архимагистров.
— Я прошу тишины, господа и дамы. Сегодня мы будем обсуждать предложение по усовершенствованию нашей системы законов, предложенное его высочеством Арчибальдом. Закон «О порядке наследования и получения титулов». Ваше высочество, прошу.
Сердце забилось сильнее, когда из помещения за «сценой» вышел Арчибальд. Обвёл взглядом зал, на секунду задержавшись на мне, чуть улыбнулся, и начал говорить.
— Добрый вечер, уважаемые архимагистры…"
"Его высочество говорил примерно полчаса, и за эти полчаса я успела в полной мере ощутить, что такое «звенящая тишина».
Господа маги молчали, словно на похоронах. Внимательно слушали, хмурились, морщили носы, кривили губы, но молчали. Хотя я не особенно вертела головой, стремясь изучить чужие реакции — больше слушала Арчибальда.
Он доработал закон, и доработал хорошо.
