В холодном городе Грааг необычайно белый снег приукрашивает старые улицы, делая их напоминанием о празднике. Я шагаю среди этих славных стен в поисках отражений прошлого и мгновенного будущего, когда каждый путь становится частью истории.
Те уже почти совсем затихли — только по залу периодически проносился недовольный шёпот.
— Его высочество во многом прав, мы с вами все это понимаем. И те, кто, как я, вышел из аристократии, и те, кто добился звания архимагистра, не обладая титулом. Конфликт в обществе назревает давно, и чем дольше мы будем откладывать принятие закона, тем хуже потом придётся нашим детям.
— У тебя нет детей, Бертран.
Услышав этот комментарий Адэриуса, мне захотелось его стукнуть. И кажется, ректору тоже. Он на секунду прикрыл глаза, а потом ответил с лёгкой усмешкой:
— Я надеюсь когда-нибудь исправить этот существенный недостаток, Абрахам.
Арчибальд хмыкнул и сложил руки на груди, явно недовольный, а Арманиус продолжал:
— Это будет катастрофой для всего и всех. В первую очередь для казны. Изменения налогообложения для аристократии я отказываюсь сейчас обсуждать — это отдельная тема, требующая отдельного внимания.
Архимагистры в зале хлопали глазами ничуть не хуже меня.
Пошлина на регистрацию брака, ну надо же…
— Это несравнимые средства, — заметил Арчибальд.
— Это верно, ваше высочество. Но и потери не такие уж и большие с учётом маленького шага. Сделаем его — и тогда посмотрим и подумаем, что дальше.
Арчибальд хмурился, по — прежнему держа руки сложенными на груди. Я его понимала. Рассчитывая получить сразу всё, он не хотел довольствоваться малым.
Но Арманиус был прав.
И мои мысли подтвердил голос, донёсшийся откуда-то сверху:
— Вы правы, Бертран.
"Я никогда не слышала голос императора, но то, что это говорил именно он, поняла сразу. Оглянулась и подняла голову — наверху, над креслами архимагистров, находилась ложа его величества. То ли я её сразу не заметила, то ли она была скрыта магией…
Император Арен сидел там один.
