В холодном городе Грааг необычайно белый снег приукрашивает старые улицы, делая их напоминанием о празднике. Я шагаю среди этих славных стен в поисках отражений прошлого и мгновенного будущего, когда каждый путь становится частью истории.
Не вздумайте вставать!
Проекция исчезла.
— Перенестись хочет? — поинтересовался Велмар с любопытством и засмеялся, когда Берт кивнул. — Как же они с Роном похожи… — Сел на диван рядом с Бертом и покачал головой. — Тот тоже такой… шальной, безрассудный, но безумно талантливый.
Арманиусу впервые в жизни захотелось побольнее стукнуть друга.
— Тебе лучше уйти, Велмар. А то сейчас заявится Эн, и тебе тоже от неё достанется за то, что не уследил.
Агрирус покачал головой.
— Нет, я пока останусь. Во-первых, хочу с ней поздороваться, во-вторых, мне необходимо убедиться, что ты в порядке.
Внизу, на первом этаже, послышался характерный хлопок прибывающего пространственного лифта. А затем — топот ног по лестнице.
— А вот и она…
Дверь распахнулась, и в библиотеку вбежала Эн. Мазнула взглядом по проректору, кивнула ему, кажется, ничуть не удивившись, подошла вплотную к дивану и прищурилась, рассматривая Арманиуса.
— Контур без изменений… Это хорошо. Архимаг, подвиньтесь. А лучше встаньте.
Велмар молча послушался и, встав, отошёл в сторону. Эн положила на журнальный столик перед диваном свою сумку, села на место проректора и, достав ремешок с пряжкой, кивнула на руку Берта.
— Закатывайте рукав. Кровь буду брать.
— Зачем? — не удержался от вопроса Арманиус.
— Пить её будем вместе с проректором, — ответила раздражённо, но потом, вздохнув, пояснила: — Механизм действия родовой магии толком не изучен.
— И чем это грозит? — спросил Велмар с откровенным интересом. Эн затянула ремешок на руке Арманиуса, достала из сумки шприц и продолжила:
— Тем, что организм вместо того, что бы восстанавливать контур, будет восстанавливать что-нибудь другое.
— Ну как там?
Эн ответила не сразу, дочитывая анализы Берта.
— Нормально, — в её вздохе слышалось облегчение.
