Автор
Смрад гниющих внутренностей и холодный металл игорного автомата — вот атмосфера в кутузке уголовников. Кровавая расправа, казнь по приговору суда, где каждый шаг и нотка подозрения вынуждает тебя остаться наедине с кровью и страхом за свою жизнь. Неестественный отбор — это история о жизни на грани закона, где каждое слово и каждый движок скрыт в тени и ожидании, когда черная зона становится светлой стороной реальности....
— У меня патронов на всех хватит, ещё и останется, — продолжил нагнетать атмосферу Коробков. — Убери тварь от входа. Считаю до трёх: раз… два…
— Ладно, хорошо, — перебил его я и уставился на муравья. — Отойди от двери.
Однако тот даже не шелохнулся. Видимо, мои внутренние желания были для него важнее слов.
— Огонь! — скомандовал Коробков, и над поляной эхом разлетелся перезвон от попадания пуль по металлическому корпусу робота.
Как я и предполагал, на муравье не осталось даже царапины. Дверь тоже выглядела так, словно её только что установили.
— Вы что, совсем конченые⁈ — взревел я. — На хуй вы так живёте вообще?
И в этот момент распахнулась створка, ведущая в склеп. На пороге появилась улыбающаяся во все тридцать два зуба Ада."
"— Чего шумите, мальчики? — спросила она.
— Что там? — Лейтенант попытался сунуть нос за дверь, но она с тихим шелестов закрылась.
— Я знаю для чего это здание, — кивнула на основную постройку Ада. — Это центр управления.
— Чем? — последовал ожидаемый вопрос от Коробкова.
Я всевозможными знаками пытался сказать Аде, чтобы она молчала или по крайней мере выдала не всю правду.
— Ими, — кивнула она на муравьёв. — И другими зданиями.
— Какими ещё другими? — почему-то обернулся ко мне лейтенант.
— Которые мы должны возвести, — ответила девушка.
— Стоп! Я ни хрена не понял, — помотал головой Коробков.
— Я сама толком не знаю, но времени у нас осталось немного.
— Времени на что?
— Я не уверена, но думаю, что на нас скоро нападут, и к тому моменту мы должны быть готовы дать отпор.
— Откуда данные?
— Из этой штуки. — Ада махнула рукой, в сторону библиотеки. — Там была надпись, что щит упадёт в течение тридцати шести часов.
— Тот самый, который не даёт мутантам пройти сюда? — уточнил Коробков.
— Скорее всего, — пожала плечами Ада, — Их язык сильно отличается от нашего, и я не могу передать словами всё то, что там видела.
— А если мы не станем этого делать? — вмешался в беседу я.
— Боюсь, тогда мы все умрём, — развела руками она.
— Это мы ещё посмотрим, — криво ухмыльнулся Коробков и наконец-то опустил оружие. — Что за здания, где сейчас они находятся? Что стало с моими людьми?
— Этого я не знаю.
