Автор
Смрад гниющих внутренностей и холодный металл игорного автомата — вот атмосфера в кутузке уголовников. Кровавая расправа, казнь по приговору суда, где каждый шаг и нотка подозрения вынуждает тебя остаться наедине с кровью и страхом за свою жизнь. Неестественный отбор — это история о жизни на грани закона, где каждое слово и каждый движок скрыт в тени и ожидании, когда черная зона становится светлой стороной реальности....
Пары ударов штыком в грунт хватило, чтобы получилась приличная ямка. Закопав дерьмо, я наконец смог вдохнуть полной грудью. Сильный ветер довольно быстро выдул вонь из тесного помещения, заполнив его свежим озоном. Даже голова закружилась от избытка кислорода в крови.
Снова сверкнула молния. На этот раз гром ударил практически одновременно с разрядом. От его грохота зазвенело в ушах и казалось, вздрогнула земля. Снаружи раздался жуткий хруст, сопровождаемый жалобным стоном, а затем в дыре мелькнула тень.
— Ну вот и деревья посыпались, — задумчиво пробормотал я и вжал голову в плечи от очередного разряда молнии.
Этот был совсем близко. Возможно, угодил в землю буквально в паре метров от нашего скромного убежища. Но эффект, который за этим последовал, заставил меня открыть рот от удивления.
Вначале зашевелились волосы. Видимо, от огромного количества энергии, разлитой в воздухе. А затем помещение преобразилось. Это было очень похоже на то, что я видел, когда получил разряд электрошокером при попытке сопротивления европейцам.
Мы находились в библиотеке. Не такой, которую привыкли видеть на Земле. Эта была скорее цифровой и загружала знания сразу в мозг, записывала на подкорку. Когда-то давно здесь стояли удобные кресла, а сама база знаний висела под потолком. Именно её мы с Жухлым и откопали. Поэтому я и вижу то, что стояло на этой земле раньше.
Жаль, понимание продлилось недолго. Казалось, в этот момент я познал все тайны древней цивилизации, видел все её технологии и достижения и даже то, как этот мир канул в небытие. Вот только стоило наваждению развеяться, все знания моментально улетучились, оставив лишь какие-то детали. Но и они постепенно таяли, словно прекрасный сон, который очень хочется задержать в памяти, но который неумолимо ускользает.
Из оцепенения меня вывел вой щенка.
Я вернулся на своё место и, вытянув раненую ногу откинулся на стену, наблюдая за стихией через дыру. Ливень вперемешку со льдом врывался к нам сплошным потоком, словно водопад. Пока нам везло, но лишь потому, что мы когда-то устроили здесь раскопки.
