Автор
Смрад гниющих внутренностей и холодный металл игорного автомата — вот атмосфера в кутузке уголовников. Кровавая расправа, казнь по приговору суда, где каждый шаг и нотка подозрения вынуждает тебя остаться наедине с кровью и страхом за свою жизнь. Неестественный отбор — это история о жизни на грани закона, где каждое слово и каждый движок скрыт в тени и ожидании, когда черная зона становится светлой стороной реальности....
И делал это грамотно, непредсказуемо виляя из стороны в сторону и сверкая при этом голым задом.
Именно в него он и словил пулю. Его крик всполошил остатки заключённых, которые с первого раза не поняли, что в лагерь явилась смерть.
Зэки словно тараканы начали вылезать из всех щелей и импровизированных жилищ. Вот только до их мозгов не сразу дошло, что происходит на самом деле. Некоторые так и умирали с выражением удивления на лице.
Но всё же нашлись и те, кто решил попытаться дать отпор.
Пуля свистнула в опасной близости, заставив меня искать укрытие.
И с этого момента бой пошёл по другому сценарию. Если в первые секунды схватки на моей стороне был эффект неожиданности, то сейчас бывшие товарищи уже отошли от шока и начали действовать скоординировано. Например, Цыган вылез из кустов, прикрываясь своей жертвой, женщиной, лет сорока, и не оставляя мне даже малейшего шанса на чистый выстрел.
При этом ещё Клоп не давал мне высунуться, очень точно посылая пули в мою сторону. Одна из них едва не угодила в ногу, которую я по неосторожности высунул из-за валуна, когда пытался осмотреть происходящее по другую сторону. И с каждой секундой моё положение ухудшалось.
Насколько я помнил, из нашего лагеря в живых осталось человек тридцать. Я успел убрать лишь пятерых, включая смотрящего.
"Гнев уже сошёл на нет, отчего мысли более-менее прояснились. Но легче от этого не стало, разве что пришло осознание тупости собственного поступка. Я лично загнал себя в ловушку, из которой не смогу выбраться, если не случится какого-нибудь чуда. Бежать некуда, даже со здоровой ногой это вряд ли возможно. Клоп — хороший охотник, и винтовкой пользоваться умеет не хуже меня.
— Тень, это ты там гасишься? — раздался голос Цыгана. — Чё за беспредел, братан? Ты нахуя этот геноцид устроил?
— А ты сам не догадываешься? — не выдержал и ответил я.
— За дырки ссаные своих пацанов валить — как-то не по понятиям.
— А баб насиловать по понятиям?
— Согласен, косяк вышел. Ну и как решать будем?
Внезапно позади раздался шум осыпавшегося гравия, сопровождаемый шипящим матом.
