Автор
Немые вопли — это жутковатый х lean роман, где главная героиня, одинока в огромном древнем доме более двух веков, становится все больше уверенной в присутствии чьих-то ужасающих присущ. Скрип стены и шелест тканей стали для нее знаками жизни за дверью, подстакарнике или за углом....
— Да, так будет лучше всего, — тихо ответила она.
— Лучше всего будет порвать все связывающие нас нити. Я надеюсь, ты скоро найдешь себе парня, который…
— О, замолчи… — с горечью произнесла Эллен. — Натаниель… Тебе известно, когда это несчастье должно произойти с нами?
Она повернулась к нему. И только теперь она заметила, как тяжело это расставание отражается на нем.
— Нет, это мне неизвестно, — со вздохом ответил он. — Тогда, при первой нашей встрече, я понял, что это произойдет не сразу. Но с тех пор прошло немало времени.
— Тебе не кажется, что это должно произойти сейчас, в данный момент?
Нахмурив брови, он ответил:
— Нет, мне так не кажется. А что?
— Ты ведь сказал, что это случится… как только ты… поцелуешь меня? — смущенно произнесла она. И тут до него дошло, на что она намекает.
— И у меня нет никакого предчувствия опасности! Эллен! Ты полагаешь, что мы можем наплевать на все пророчества и… Знаешь, эта мысль мне очень нравится.
Она улыбнулась.
— Это совершенно безопасное место, — сказал Натаниель.
Она ждала.
Он подошел ближе. Сердце у Эллен забилось. Его губы были на уровне ее глаз, и она смотрела на них, зная, что через несколько секунд… Она почувствовала приятное напряжение во всем теле, щеки ее порозовели.
Его руки бесконечно осторожно коснулись ее лица, хотя в глазах его был затаенный страх и напряженное ожидание.
Дверь открылась, и на пороге остановилась горничная со стопкой постельного белья.
— О, извините, я думала, что здесь никого нет… Разве вам не нужно на поезд, фрекен?
— Нужно, — ответила Эллен, по-прежнему пребывая в состоянии сладостного ожидания, которое еще не было разрушено.
— Тогда вам нужно спешить. До отхода поезда осталось всего несколько минут.
— Ой! — воскликнула Эллен, и они бросились бегом в вестибюль.
— Дело еще не так плохо, — сказал Натаниель, глядя на часы. — Горничная немного преувеличила, так что тебе не придется ставить рекорд в беге.
Она немного замедлила шаги.
— Господин Гард! Вас спрашивает какой-то господин.
— Меня?
— Да, а вот, кстати, и он.
Это был Рикард Бринк, и его обычно спокойное лицо было теперь хмурым и печальным.
— Натаниель! Я узнал от Кристы, что ты здесь.
— Что случилось?
Вид у Рикарда был несчастным.
— Речь идет о Туве. У нее и раньше не все было в порядке, просто мы не хотели ни о чем говорить…
— Пойдем с нами на вокзал, — сказал Натаниель.
