Они гуляли почти до шести вечера, наслаждаясь друг другом, и прекрасными городскими пейзажами. Антон не мог надышаться Юлькой, а как она на него смотрела, а как вздыхала под напором сладких поцелуев. Тут уже и без влажных фантазий закипала кровь. Чудом Леваков сдерживался, однако глаз оторвать от девчонки все равно не мог.
— Фреш хочешь? — спросил он, когда они проходили мимо маленького фудкора с фруктами. В этот момент у Юли громкой мелодией заиграл мобильный. Она смущенно кивнула, и отошла в сторонку поговорить по телефону. Антон тоже не стоял особняком: сходил за двумя соками, выбрал на свой вкус апельсиновый со льдом. Пока фреш готовился, Леваков то и дело поглядывал на Снегиреву, которая с радостной и яркой превращалась в грустную и печальную. Видимо, мать звонит, решил Антон. Родители умеют иногда портить настроение, тем более у Юльки семейка странная, раз устраивают скандал из-за банальных поцелуев.
Вернулся Леваков почти через десять минут, всучил свежевыжатый сок в прозрачном стаканчике с желтой трубочкой девчонке, она улыбнулась в ответ, взяла напиток и тяжело вздохнула.
— Что-то случилось?
— Да нет, Ира просто звонила, — Юля вытянула губы в трубочку, задумчиво разглядывая сок. Казалось, она прибывает не здесь, казалось, она чем-то озадачена.
— Хочешь, к ней в гости съездим? Она переживает за тебя? — Антон подошел ближе, взял стаканчик у Юли и поставил на землю, вместе со своим. Затем крепко обнял Снегиреву: прижал к себе, вдохнул запах летних ягод, провел ладонью по спине, задевая шелковистые пряди волосы, затянутые в тугой конский хвост.
— Я поеду к ней, да.
— Съездим, проведаем, — произнес Леваков, пропуская мимо ушей местоимение в единственном числе.
— Антон, — вздохнула девчонка, отодвигаясь. Она подняла на него свои карие глаза, которые переливались янтарными бликами. В них читалось слишком много, в них читалась грусть.
— Что случилось? — Антон напрягся, потянулся к ладоням Юли, переплел пальцы, но даже это прикосновение не помогло избавиться от навязчивого чувства тревоги.
— Я сегодня у сестры останусь, — выдала на одном дыхании Снегирева.
— У Иры? Да что случилось, эй… я же переживаю.
— Ничего, не переживай. Все нормально, — она улыбнулась, но больно фальшиво, словно пыталась утешить этой улыбкой. Антон не сводил глаз с Юльки, смотрел в эти притягательные огоньки и не мог понять, что не так.
