Я же должна была хоть что-то чувствовать?
Пытаюсь расспросить Диму, но в палату заходят врач и медсестра. Проверяют пульс, зрачки, задают вопросы. Всё звучит слишком привычно, слишком механически.
Но внутри тревожно пульсирует ощущение… Что-то важное… Что-то, что я забыла.
— Ир, позже загляну, — шепчет Дима, и тут же пропадает за дверью палаты.
Нет. Не так. Ощущение, будто я… отсутствовала.
— Как вы себя чувствуете? — голос врача звучит ровно.
— Слабость… и… — я запинаюсь, пытаясь подобрать слова. Как объяснить это чувство пустоты, отсутствия воспоминаний?
— Головокружение? Тошнит? Голова болит? — мягко уточняет медсестра, склонившись ко мне.
Качаю головой.
— Нет… Просто… пустота. Я не помню. Совсем.
— Ваша память будет возвращаться постепенно, — врач поправляет очки. — Это естественная реакция организма.
— Но почему я помню Диму, и совершенно не помню, что со мной произошло?
Врач делает пометку в планшете.
— Это нормально. А что последнее вы помните?
Я пытаюсь сосредоточиться, но в голове — пустота.
— Не знаю… Всё обрывается.
— Это типичная реакция мозга после комы. Сначала восстанавливаются основные воспоминания: кто вы, где находитесь. А более сложные события могут всплывать частями или постепенно.
— А если я ничего не вспомню?
Врач чуть склоняет голову, раздумывая.
— У всех процесс идёт по-разному. Иногда память возвращается постепенно. Иногда… мозг решает, что какие-то вещи ему больше не нужны. Мы будем наблюдать.
Он задаёт ещё несколько вопросов, но я отвечаю машинально. Чувствую, как что-то внутри зудит, словно заноза в пальце. Забытая деталь. Что-то важное.
Врач заканчивает осмотр и делает последнюю запись в планшете.
— Пока главное — отдых. Постарайтесь не волноваться.
Медсестра заботливо поправляет капельницу, и они выходят.
Закрываю глаза. Прислушиваюсь к себе. К этому чувству пустоты.
Два месяца… Что было за эти два месяца?
Я вспоминаю свои последние осознанные моменты перед тем, как… что?
Потеряла сознание? Попала в кому?
Темнота.
Но в этой темноте что-то есть.
Яркий свет, как вспышка. Рука, тянущаяся ко мне.
Чей-то голос, далёкий, будто зовущий сквозь пространство.
«Ири…»
Резко открываю глаза.
Сердце гулко стучит в груди. Этого не было. Или было?
Зажмуриваюсь, в попытке ухватить образ, но он растворяется, как дым.
Я должна вспомнить. Хочу сжать пальцы, вцепиться в одеяло, но ладонь едва шевелится.
* * *"
"Три дня сливаются в однообразное мерцание ламп, шаги медсестер и неспособность двигаться.
Врачи проверяют моё состояние несколько раз в день. Светят в глаза фонариком, фиксируют реакцию зрачков, задают вопросы, которые звучат всё более однообразно:
— Как самочувствие? Головокружение? Боль?
— Слабость… — мой голос всё ещё хриплый, но звучит увереннее.