Под накинутым дорогим камзолом мерцает роскошь, а из-за захваченной меткой истинности магии хозяина двора звенит напряжение. "Могу и запрещаю," глухой голос мужчины кажется спокойным, но в нем скрываются опасные планы. Я же не пленница — я хозяйка этого дома. Меня никто не может заподозрить в том, что рождаюсь ребенок принца....
Лианор задумчиво кивает:
— Разумные доводы. Север действительно нуждается в защите и развитии. Если это твоё решение, я не стану препятствовать. Но знай, что двери дворца всегда открыты для тебя.
— Благодарю, Ваше Величество.
Мы заканчиваем официальную часть встречи, и после ещё нескольких распоряжений король отпускает нас. Я обмениваюсь рукопожатиями с собратьями, даже с Эриданом, который, несмотря на свой сложный характер, сжимает мою руку крепко и искренне.
— Надеюсь, ты не ошибаешься, — говорит он тихо.
— Я тоже, — отвечаю честно."
"Ардэн приглашает всех на ужин, но я вежливо отказываюсь. Меня ждёт долгий путь на север, и я хочу вернуться к семье как можно скорее.
Выйдя из тронного зала, я направляюсь к западному крылу дворца, где расположены балконы, специально созданные для трансформации. Солнце уже клонится к закату, окрашивая город в золотистые и розовые тона. Я выхожу на широкий мраморный балкон и останавливаюсь у перил, глядя на раскинувшуюся внизу столицу.
Лиангард — город, который я знал всю свою жизнь.
Но затем я вспоминаю лицо Элены, когда она смотрит на нашего сына. Её улыбку, полную любви и понимания, которых я так долго был лишён. Как она была рядом со мной в ту ночь, когда мы сражались с роем, не отступая, не сдаваясь.
И вдруг понимаю, что, возможно, это именно то, что мне нужно. Может, к этому я шёл все эти годы, сам того не осознавая?
Солнце почти скрылось за горизонтом, и первые звёзды начинают проступать на темнеющем небе. Пора.
Закрываю глаза и позволяю своей истинной природе проявиться. Это похоже на освобождение — когда сдерживаемая сила, наконец, прорывается наружу. Я чувствую, как трещат и растягиваются кости, как перестраивается всё тело, как кожа покрывается прочной чешуёй, как за спиной разворачиваются мощные крылья.
Серебристо-синяя чешуя переливается в последних лучах заходящего солнца. Я разворачиваю крылья во всю их ширину и отталкиваюсь от камня.
Ветер свистит в ушах, когда я поднимаюсь над столицей. Внизу расстилается Лиангард, теперь похожий на игрушечный город, с мерцающими огоньками окон и уличных фонарей.
