Автор
Летний урожай делил на две части: радость и страдание. Всех волновал один вопрос — что будет с Богданом Городовым, обвиненным во всех грехах захлебнувшимся в поле. Атмосфера загадочна и напряженна, как будто сам жатвенный процесс подтачивает почвы надежд и веры местного жителя....
Дескать, зачем опера дразнишь? Все правильно, сейчас Ревякин – хозяин положения. Районный отдел милиции не институт благородных девиц, там ведь и отоварить могут по полному списку. Тем более что повод есть. Сопротивление сотруднику милиции – особый случай, и наказывают за это жестоко, и далеко не всегда в строгом соответствии с законом.
Ревякин гневно глянул на своего обидчика и снова вернулся к потерпевшему.
– Документы ваши где, гражданин? – На этот раз он обратился к нему на «вы».
– Дома оставил. А что, нельзя?
– Можно.
– Я никого не покрываю. Просто меня никто не трогал.
– А с физиономией что?
– Упал.
– Ладно, сам напросился…
Ревякин схватил плешивого за плечо, развернул его к себе спиной и запустил руку в карман. Достал оттуда пачку «Беломорканала», мятые купюры, ключи от квартиры. Вроде бы ничего особенного. Но у Ревякина нюх на преступление. Он достал из пачки одну папиросу, осмотрел ее, понюхал.
– О-о, да у нас тут конопляная лавочка открылась!
– Это не мое! – заскулил плешивый.
– Ну да, конечно… – возвращая папиросы в карман, сказал Ревякин. – Богдан, давай понятых!
Он снова изъял начиненные коноплей папиросы, на этот раз под протокол, в присутствии понятых. К двум задержанным добавился третий, а подъехавший наряд патрульно-постовой службы забрал их всех. Места в машине было мало, а тесниться Ревякин не захотел, поэтому в отдел он отправился пешком. И Богдан последовал за ним.
– Ловко ты этих каратюг оформил, – поощрительно улыбнулся капитан. – Хорошая у вас в школе подготовка была.
– Не жалуюсь.
Личное дело из Высшей школы милиции еще не поступило, так бы Ревякин знал, где служил Богдан до того, как стать курсантом. А сам он не рассказывал. В армии служил? Служил. Вот и весь разговор. А служил Богдан в спецназе МВД, в элитном подразделении, заточенном на обезвреживании возможных террористов. Это не служба была, а сплошное издевательство над организмом.
– Думаю, мы с тобой сработаемся, – покровительственно подмигнул Ревякин.
– Надеюсь, – сдержанно улыбнулся Богдан.
