Автор
Летний урожай делил на две части: радость и страдание. Всех волновал один вопрос — что будет с Богданом Городовым, обвиненным во всех грехах захлебнувшимся в поле. Атмосфера загадочна и напряженна, как будто сам жатвенный процесс подтачивает почвы надежд и веры местного жителя....
Значит, с ней можно работать…
– Как?
– Вот в этом и загвоздка. Если взять ее сейчас, толку не будет. А если с поличным взять, так это разработка нужна – долгая и кропотливая. А разработку мы с тобой точно не потянем. Это время нужно, силы, средства… Измайлов нам этого не даст. А еще Шурину вложит. Скажет, что мы на Белкину вышли… Не верю я в такое сотрудничество с бандитом. Измайлов – мужик, он таких, как Шурин, в свое время пачками давил… В свое время. А времена, как известно, меняются. Не нравится он мне что-то в последнее время.
– Может, Стахову Белкину сдать? Пусть Стахов ее разрабатывает.
– Он разработает, – мрачно усмехнулся Ревякин. – Задержит, пальчики сверит и по заколке предъявит. Дело, может, и развалится, но уже в суде. Но ему-то без разницы, главное, что дело до суда дошло. А то, что развалилось, это уже вина прокурора… Давай-ка лучше мы ее возьмем.
– А если нет?
– Сколько тебе лет, Богдан?
– Двадцать шесть.
– А мне тридцать семь. И я до сих пор капитан. А я майором стать хочу. А заказное убийство раскрыть – это дорогого стоит. Ты меня понимаешь?
– Я бы не возражал, если бы ты стал майором, – кивнул Богдан.
– Одно заказное убийство мы раскрыли. И если еще с этим делом выгорит, мне точно предложат повышение. Вон в Юбилейном районе должность начальника угро скоро должна освободиться…
– Можешь рассчитывать на меня.
– Значит, возьмем Белкину. Только никому пока об этом не говори. Возьмем, оформим, тряхнем, а там уж пусть Шурин меры принимает. Если вдруг Измайлова купили, он тоже ничего не успеет сделать. Потому что к этому времени Белкиной Стахов займется. И Мироедов. Пусть они ее крутят. Но дело мы раскроем…
Богдан кивнул. Он и сам был не прочь отличиться. Вдруг и ему присвоят внеочередное звание?.. А если его поставят перед выбором – или Шурина утопить, или внеочередную звездочку получить, он предпочтет первое.
Глава 24
«Венера с зеркалом». Эта картина врезалась в сознание в далеком детстве, когда Шурин был еще неполовозрелым, но уже озабоченным мальчишкой. Он случайно обнаружил фотографию с этой картиной в родительском шкафу.
